Сбоку от входа я сразу же заприметил небольшой стол, ярко освещенный настольной лампой и сидящего за ним человека, но особого внимания на него не обратил — здесь, в Легионе он вряд ли мог бы оказаться опасным для меня. Не говоря уже о том, что даже пожелай я уделить ему внимание — вряд ли бы у меня это получилось.

Потому что войдя в помещение арсенала, единственное, о чем я смог подумать — хорошо, что я не попал сюда до того момента, когда «повысился уровень синхронизации» меня и моего суфлера. Хорошо, что я попал сюда после того момента, когда механический голос стал выдавать информацию лишь по запросу, а не когда вздумается. Если бы не это, мой жизненный путь закончился бы прямо и здесь и сейчас, оборванный лавиной информации, что вывалилась бы на мою голову без моего на то желания. И даже хоронить мою несчастную тушку потом не пришлось бы — получившаяся гора вполне могла бы стать настоящим курганом. И этот курган легко поместился бы в оружейной, разве что растекся бы плоскости…

Оружейная была огромная. Трудно было представить, что внутри огромного самоходного острова размером с авианосец, вооруженного крупнокалиберными пушками, ракетными установками и минометами кто-то надумает отвести помещение размером с половину футбольного поля еще и под легкое стрелковое оружие тоже.

Но кто-то надумал. И отвел. И, что логично, заполнил это помещение оружием. Гигантским количеством оружия. Легкого, тяжелого, личного, отрядного, короткого, длинного, длиннющего, с большими прицелами, маленькими прицелами и прицелов вовсе. Снайперские винтовки, марксманские винтовки, пулеметы, гранатометы, автоматы, огнеметы, чего тут только не было! Образцы были развешаны по стенам, стояли на полу в оружейных пирамидах, шкафах и стойках. Даже мой суфлер, казалось, охренел от такого окружения и где-то в глубине сознания, если прислушаться, я, казалось, мог разобрать невнятный обескураженный лепет.

И ни слова характеристик, ни картинки, ничего больше. Суфлер буквально захлебывался информацией, не успевая ее не то что выдать — банально дойти до нее, тут же перескакивая на новый ствол, на которой я переводил глаза.

Да, содержимым одной лишь этой комнаты можно было легко вооружить целую армию. В общем-то, если подумать, именно на это она и была рассчитана — на вооружение небольшой, но хорошо скоординированной и умелой армии.

— Глаза разбегаются, да? — понимающе хмыкнули сбоку. — Скажи же, красота.

Я перевел взгляд вбок — туда, где за столом сидел человек, которого я заприметил с самого начала. Хотя, наверное, правильнее будет сказать «человечек». Старичок. Невысокий, даже сидя на стуле, едва-едва возвышается над столешницей, лицо изборождено морщинами, как после ковровой бомбардировки, пышные, белые, как снег усы и такого же цвета редкие торчащие из-под плоской кепки маскировочной расцветки, волосы. Из-под козырька кепки на меня смотрели ясно-голубые, полные жизни в противовес, казалось бы, немощному телу, глаза, а правая рука была скрыта под столом, словно он там сжимал пистолет или обрез.

На самом столе, лежал коврик из нескользящего материала, а не нем, ярко освещенные теплым светом от лампы, были аккуратно разложены оружейные узлы, причем среди них были и хитрые, явно не из тех, что поставили на заводе.

Мой суфлер тут же принялся методично просеивать разобранное оружие через мелкое сито очередной лекции.