Не дожидаясь ответа, я спиной вперед, не сводя взгляда с ученого, вышел из аппаратной и даже прикрыл дверь. Не закрыл, а просто прикрыл, чтобы краем глаза увидеть ее движение, если вдруг новому знакомому захочется выкинуть какой-то фокус.

Не выкинул. Так и сидел внутри. Вот и пусть сидит. А потом выйдет, заберет оружие с одного из трупов, благо его тут столько, что можно роту вооружить… А что будет дальше — меня уже не касается. Меня касается только контейнер.

Поэтому, забрав его из рук второго ученого, мертвого, я обнаружил у него сзади удобные металлические петли, за которые его можно было прицепить к рюкзаку, так и поступил, и потопал на другой конец зрительного зала, где под уже погасшим драным экраном виднелись черные зевы еще двух выходов.

Половина дела позади. Простая половина.

Осталась сложная.

Глава 21

Из здания я выбрался без проблем. Выходы, расположенные рядом с остатками киноэкрана, при ближайшем рассмотрении оказались помечены как аварийные, и, что логично, вывели меня наружу без каких-либо задержек. Буквально один прямой коридор с единственным ответвлением, наверное, упирающимся в другой аналогичный выход — и я на улице, на другой стороне здания.

Получилось, что я прошел его насквозь, и теперь здание прикрывало меня от тех, кто стрелял по группе ученых из снайперской винтовки, поэтому и мне можно было не опасаться огня, даже если бы снайпер умудрился рассмотреть висящий у меня на рюкзаке контейнер. Ведь наверняка же им тоже нужен именно он. Трудно представить, ради чего еще они могли бы сюда прийти. Не рассматривать же всерьез вариант того, что снайпер тоже, как и бандиты, был рабом модератора. Это возможно, но более реалистичным казался вариант, что это были остатки группы технорыцарей — уж слишком знакомо звучал выстрел винтовки. Да и сам по себе выстрел был крайне грамотный — в противника с самым опасным вооружением, который, срисовав позицию стрелка, мог просто уничтожить ее к чертям собачьим настоящим градом снарядов, каждый из которых разрывается на сотню осколков. Достаточно нащупать огнем оконный проем — и все, что внутри, перестанет жить, даже в такой броне, как у ходячих танков. Я уже успел убедиться, что она тоже не всесильна.

Наверняка рыцари тоже поспешили со всех ног в здание, в котором укрылись ученые, но сделали это явно не в одно с одной время, а, дождавшись, когда закончится генерация и минует опасность, иначе мы бы пересеклись с ними внутри. К тому же они явно передвигались медленнее, чем я, во-первых, из-за того, что их несколько, а во-вторых, из-за того, что у них в составе группы были экзоскелеты с пониженной подвижностью. Тем не менее, это вовсе не означало, что надо стоять на месте как истукану и ждать, когда же они найдут уцелевшего ученого, что тоже возможно, выяснят, что контейнера у него нет, и пойдут по моему следу. Совсем не улыбается мне с ними пересекаться.

Поэтому сразу же, едва выйдя из здания, я взял ноги в руки и бодрым шагом потопал прочь — куда глаза глядят. Я даже не сверялся с картой, и не пытался построить маршрут до Виндзора, мне это было не нужно. Если технорыцари решат преследовать меня, а они, скорее всего, решат, то резонно предположат, что я пошел самым коротким путем. А я не пошел.