- Бабы! Да какие пригожие!

- Дак они ж зеленые?

- И что? Слава Ярлу!

- Слава!

В кадре появляется Селена.

- Филин! Что тут делают эти зеленые бляди? - Чародейку окружала огненная аура, волосы развевались, в руках перекатывались сгустки пламени.

- Они сами пришли!

- Сами говоришь? Может, тогда я их поубиваю?

- Солнышко, ну что ты кипятишься, пусть дружина поразвлечется! - В ногу Филина прилетает огненная стрела. - Ай, да что ты делаешь, дурра психованная, мы ведь с тобой даже не переспали!

- Не переспали? Ах ты кобель ублюдочный, да я тебя...

- Шеф, беги, я тебя прикрою! - Луи принял на щит удар огненной плети а я побежал к деревьям высокими прыжками, но не выпустив при этом шампур с демонятиной и бокал пива.

- Древень, спрячь меня, ПОЖАЛУЙСТА!

Тем временем викинги разобрали толпу пьяных русалок на колени, а кто и за ближайшие кусты, и пьянка продолжилась с новой силой.

Леголас стыдливо отошел от поляны, тут раздался женский крик. Эльф, не лишенный, видимо, элементарных норм порядочности, или обычного любопытства, побежал в сторону, откуда крик раздался.

У дерева стояла обнаженная Элспер, с раздвинутыми стройными ногами, сзади нее двигал тазом Венсер со спущенными штанами. Грудь девушки колыхалась в такт движениям. Я прям залюбовался. Леголас, видимо тоже, изображение сфокусировалось на жрице.

- ЛЕГОЛАС! - Возмущенный вопль на два голоса.

- Я не подума... - Вспышка молнии.

Запись обрывается.

Запись Дуболома.

Дуболом сидит на берегу пивной реки, и зачерпывает из нее большой кружной. Рядом Огурец, прихлебывающий из бочки, заменяющей ему кружку.

- А ты чего себе русалочку не прихватил?

- Жена у меня, Огурец, хорошая. Она у меня радовалась так, когда я деньги от Филина получил, мимо комнаты с капсулой на цыпочках ходит. Детям говорит "Папа работает", не хочу ее расстраивать. Вдруг логи посмотрит. Да и какой пример младшему поколению? Они ж любопытные, наши похождения смотрит по сети, там Шефу отдельный канал выделили. Вдруг какое непотребство там со мной увидят...

- Странный ты, Дуболом. Запрети бы ты им вообще наш поход смотреть. Что они увидят? Кровь, темные ритуалы, пьянки... И Филин тот еще герой...

- Пусть учатся реальной жизни. Да и шеф у нас хороший.

- Только с бабами общаться не умеет.

Дуболом с огурцом задумчиво уставились на лес, в котором мерцали всполохи высших огненных заклинаний, да разносились крики выясняющих отношения меня и Селены. На берегу Кошмарик грыз тушу крокодила, или нечто на него похожего. Откуда крокодил в средней полосе? Или скорее закусывал им, так как периодически бегал к реке, неловко ныряя с берега.

Из реки вылез водяник. Плоское, лишенное носа лицо. Щупальца ниже пояса, пасть, полная зубов и лишенная губ, от чего водяник выглядел всегда оскалившимся. Жуткое впечатление портили только скошенные к носу рыбие глаза. Огурец потянулся за топором.

- Закуска есть? Рыба поперек горла уже...

- Угощайся! - Огурец протянул речной нечестии пару демонских ребер с кускам мяса.

- Благодарствую!

- Ну, за взаимопонимание!

Кружка с гулом столкнулась с бочонком.

Запись обрывается.

Запись Огурца.

Судя по свету, утро. На поляне, видимо, самые стойкие, два десятка воинов Диса и он сам. Я, с кубком, изрядно обгоревший, обнимаю Селену. Читаю стихи. Это ж сколько я выпил, что на стихи перешел?

И целую чародейку в губы. Воины радостно взревели.

Дис в ответ читает :

Снова одобрительный рев. У нас тут поэтическая битва. Стихи от непися, философские, путь и хреновые, это сильно...

Тут кто-то из толпы указал наверх, привлекая внимание криком.