— Вколите этому что-нибудь обезболивающее, прилетим в космопорт, там ему окажут помощь. Виновата я, перестаралась, но уж очень он меня разозлил — не стоило ему трогать Милочку. А вы… — Алиса повернулась к оставшимся трём парням, но не договорила — двое из них решили всё-таки проучить эту нахальную девчонку. Они не могли поверить в то, что эта пигалица так легко разделалась с их неслабыми товарищами. На месте остался только тот, у которого кроме пиджака были красные щёки.

— Значит так, ты и ты, — Алиса показала на краснощёкого, и на ещё одного, что хотел напасть на неё, но отстал от первого на полшага, а теперь растерянно остановился, глядя на своего товарища, без движения растянувшегося на полу. Девочка ласково улыбнулась и закончила фразу: — Взяли этих и понесли на свои места, и чтоб я вас до космопорта не слышала! А ты сам иди, ноги у тебя целые. Хотя, нет, подожди, пока тебе укол сделают, — Алиса показала на того со сломанными руками, переставшего выть, так его впечатлила молниеносная расправа с его товарищами, мало того, что очень быстрая, так ещё и учинённая рыжей девчонкой без всяких видимых усилий.

Одна стюардесса сделала укол верзиле в красном пиджаке, а вторая оказала помощь, тоже сделав укол, седому мужчине, которого толкнули. Он и стюардессы с некоторым удивлением смотрели на рыжую девочку, а вот седая женщина строго произнесла:

— Этой девочке не место рядом с малышами, она агресс! Разве вы не поняли? Она немедленно должна быть…

Что должна Алиса женщина не успела сказать. Алиса резко отвернулась и отошла к стене-окну, повернувшись лицом к нему. Растерянная Татьяна видела, как у Алисы задрожали губы, её подруга, всегда готовая дать отпор, повиновалась этой строгой женщине. Малыши, вскочившие со своих мест, собрались гурьбой бежать за Алисой, но седая женщина преградила им путь:

— Не надо вам к ней идти и не надо с неё брать нехороший пример, она…

— Ты сама нехорошая, это с тебя ничего брать не надо! — закричала Ёлочка и, увернувшись от рук женщины, с рёвом бросилась к Алисе, за ней последовали и остальные дети. Женщина с укором посмотрела на воспитателей, не успевших вмешаться, а теперь растерявшихся и не знающих, что предпринять. Дети… Стоит одному заплакать, как этот плач подхватывают остальные, тем более что причина была — обидели их Алису, какая-то злая тётка хочет её прогнать. Ревущие малыши вцепились в Алису, а та, резко развернувшись, спросила:

— Что?! Кто вас обидел?!

Женщина, попытавшаяся пойти за малышами, отшатнулась: лицо девочки, хоть на нём и блестели дорожки от слёз, напоминало застывшую маску!

— Она же… — снова начала эта женщина, но седой мужчина, придержав её, усадил в кресло и начал что-то тихо говорить. А Алису малыши увлекли в свои ряды.

— Алиса, у пилота есть шокер и он бы навёл порядок, зачем ты вмешалась? — укоризненно произнёс Симиналь Крито, глядя на рыжую девочку, та показала шокер, ею отобранный:

— Эта штука гораздо мощнее, чем у пилота, к тому же их было пятеро и неизвестно, есть ли шокеры у остальных, надо было бы их обыскать. Но сейчас это уже поздно делать, тем более что…

С заднего ряда раздался голос одного из парней в красных пиджаках, судя по тому, что он говорил, того самого Вираша, чьими родственниками пугали Алису. Он громко и визгливо кричал в мобильное устройство связи:

— Папа! На меня напали, избили и ограбили! Да, я в челноке, что направляется в космопорт Арутас. Пусть меня там встретят там, я покажу начальнику охраны, кто это сделал, пусть накажет…

— Судя по дорогому переговорному устройству, это не просто один из скинклотов, это представитель "золотой молодёжи", а эти считают, что им всё дозволено.