— Я честно собирался пойти по инстанции, — развел руками Колин. — Я приехал, думая, что глава службы Вел собирается выслушать мое донесение. Разве моя вина, что при нашем разговоре присутствовал император?

— Конечно, ты прав, — кивнул управляющий. — Твоей вины здесь нет. Зато прекрасный образец неопытности. Не нужно было возражать начальству в присутствии его величества. Такие скользкие темы лучше всего огибать. Есть тонкие способы…

«Настолько же тонкие, как острие кинжала?» — сердито подумал Колин. Но спорить вслух не стал.

— Я еще учусь, сэр, — извиняющимся тоном произнес он и понурил голову.

— Если Аттребус жив и его разыщут с твоей помощью, ты получишь благорасположение императора. И это, несомненно, пойдет тебе на пользу. Если же мы принца не найдем, то в глазах его величества ты будешь стоить не больше растоптанного червяка. Поэтому я советовал бы тебе держаться тише воды ниже травы и поискать способ, как добиться доброго отношения со стороны Вела. А это будет нелегко.

— Ну, если так… — замялся молодой человек. — Может, мне разрешат провести повторное расследование?

— И не сомневайся! Вел обязательно назначит для дальнейшего расследования тебя и только тебя. Сам заварил кашу, сам и расхлебывай.

Когда Колин покинул дворец, на город уже упала ночь, в небе высыпали яркие звезды. Младший инспектор очень устал, но прежде, чем отправиться спать, решил немного пройтись по улицам и выпить кружечку пива. И еще… Он хотел лишний раз обдумать задачу.

Молодому человеку постоянно казалось, будто он что-то упустил. Какую-то мелочь… Поэтому ночная прогулка и холодное пиво могли подтолкнуть к решению.

В Энвилле, где он родился и рос, тьма приносила в город тишину. Люди расходились по домам или скапливались в пивных, но не бродили по улицам.

Здесь же, в Имперском городе, Колин видел совершенно другую картину — если не во всем городе, то, по крайней мере, неподалеку от рыночной площади, которая являлась целью его неторопливой прогулки. На мостовой толпились торговцы безделушками и предсказатели будущего, самозваные пророки принцев-дейдра и адепты девяти божеств. Рядом со входами в пивные и харчевни стояли миловидные женщины, заигрывая с прохожими, дабы привлечь именно в свое заведение. Представители всех рас зазывали покупателей, в переулках роились нищие. Прямо на улицах жарили и продавали рыбу, хлебцы с сыром, мясо, сахарный тростник. Люди жались друг к другу, сбивались в стаи, будто опасались, что одиночек огромный город проглотит.

Колин направился прямиком к «Коронному молоту», который располагался за углом в переулке, чуть в стороне от главной улицы. Это было очень старое здание из кирпича и потемневшего от времени дерева.

Войдя в пивную, молодой человек вежливо поприветствовал изможденного старика, протиравшего за стойкой кружки грязно-серым, несвежим полотенцем.

— Чего изволите? — угодливо поклонился ему хозяин.

— Пиво! — коротко бросил Колин.

Старик кивнул и быстро нацедил из бочки пенной красно-коричневой жидкости.

Оставив на столе пару медяков, сыщик подхватил кружку и прошел в угол, где уселся так, чтобы видеть входную дверь. Пригубил пиво — оно оказалось крепким, сладким и чуть-чуть отдавало можжевельником. Этот излюбленный коловианский напиток, так распространенный в западном Сиродииле, здесь, на востоке, подавали лишь в считаных забегаловках — в том числе в «Коронном молоте».

Зал, почти пустой в начале вечера, потихоньку заполнялся людьми. Солдаты сменялись со службы, получали увольнительные, заглядывали и офицеры.