Только после этого, с уважением к вере и любовью к тем, для кого вы готовите, можно приступать к приготовлению еды. Будет легко и удивительно вкусно!

Все блюда из этой книги приготовлены автором, испробованы несколько раз в семье и кругу друзей. И в конце концов главный эксперт — Владимир — однажды предложил мне: «Отличный вкус получается. Почему бы тебе не написать книгу об этом опыте?»

Сначала я растерялась. Ведь женщинам путь на Афон закрыт (о причинах читайте дальше), побывать там мне не дано ни при каких обстоятельствах. С другой стороны, за время этих кулинарных опытов прочитала массу литературы, посмотрела практически все фильмы об Афоне и, главное, провела десятки часов в беседах с Владимиром, чьи яркие, живые рассказы о его афонских путешествиях (а он был на Афоне уже раз сто) давали полное представление и об укладе монашеской жизни, и, в частности, о том, как готовится еда в монастырях Афона.

И самое главное — я видела результат своих новых «кулинарных упражнений» в своей семье. Родные все чаще просили приготовить им афонские блюда, и вскоре они стали основой нашего семейного рациона. Мы заметили, что все в семье стали меньше болеть, выглядеть лучше, моложе и… стройнее! Удивительным образом новая еда сказалась и на отношениях в семье: мы стали больше времени проводить друг с другом, а мелкие конфликты и неурядицы, кажется, ушли из нашей жизни навсегда.

Уверена: каждый, кто прочитает эту книгу и полюбит афонскую кухню, ощутит на себе этот поразительный эффект, словно далекий свет Афона озарит его дом. Но независимо от того, насколько изменится духовная жизнь читателя и изменится ли вообще, одно можно сказать точно: каждый станет на шаг ближе к Богу. И шаг этот гигантский, потому что, сколько бы любви к своей семье не было в вашем сердце, ее станет еще больше.

* * *

А теперь пришла очередь привести рассказ Владимира — о его пути на Афон и встрече с человеком, изменившим его жизнь.

«Впервые на Афон я попал в 1996 году. Мой друг, грек, пригласил меня посетить святую гору. Он часто ездил туда, привозил монахам продукты, выполнял небольшие просьбы. Я с легкостью согласился, хотя на тот момент мной двигало исключительно любопытство.

Мы встретились в Салониках и отправились за специальным разрешением — диамонитиреоном. Эта своего рода платная виза, которая дает право провести на Афоне до трех ночей. При этом посетители живут той жизнью, которую ведут монахи, по своим силам участвуя в ежедневных трудах. Монастыри предоставляют своим гостям кров и еду бесплатно, предлагают им свое гостеприимство, ничего не ожидая взамен. Наверное, именно это больше всего и трогает людей.

Если кто-то хочет задержаться на более длительный срок, то должен получить в монастыре персональное разрешение.

Погрузились на паром (с нами было около 150 паломников) и отправились к святому месту. Афон, по сути — монашеская республика, каждый день она принимает сотню-полторы гостей. Большинство из них — православные паломники, но есть и представители других вер и конфессий, и даже атеисты. Афон ни перед кем не закрывает двери. Правда, касается это лишь мужчин: женщинам путь на полуостров заказан. Так, по преданию, повелела Божия Матерь, охраняя мир и покой монашествующих.

В то время в русском монастыре не было столько братии, сколько сегодня; место было в весьма запущенном, даже плачевном состоянии. Со временем начали приезжать на Афон состоятельные паломники, которые помогли восстановить монастырь святого Пантелеймона. Но и тогда, несмотря на внешнюю неблагоустроенность, внутренне я испытал необыкновенный восторг. Впервые пообщавшись с монахами, был поражен теплотой общения, прямотой и простотой этих людей.

Потом я возвращался на Святую Гору десятки раз. Там трудно избавиться от ощущения, что попал в другой мир — светлый, добрый, спокойный.