В дальнем углу комнаты Грендель сидел за единственным уцелевшим столиком, и его рука покоилась на худой девушке, одетой в мерцающее платье с блёстками. На её коже в нескольких местах виднелись синяки, и я мгновенно подумала, что Грендель использовал её как боксёрскую грушу, чтобы выпустить раздражение из-за потери своего клуба. Что касается самого Гренделя, он смотрел в основном перед собой и кривил губы от злости.

Я ощутила проблеск гнева и позволила этому чувству задержаться. Гнев — это замечательно.

Он повернул голову, посмотрев на меня, и тёмные глаза расширились от удивления.

Я прислонилась к стене, скрестив руки. Небрежно.

— Здравствуй, Грендель. Давненько не виделись.

Его охранники двинулись в мою сторону.

Я предостерегающе подняла руки.

— Оставайтесь на месте.

Некоторые охранники поколебались со страхом в глазах. Это те, что знали, кто я такая. Остальные просто выглядели озадаченными.

«Позвольте прояснить непонимание».

— Я Кассандра Уила Брок, Владычица Ужаса, — я позволила словам наполнить меня, поверила в них. Как эти люди могли допустить хоть мысль о том, чтобы напасть на меня, богиню ужаса? Бл*дские нахалы. Моя злость усилилась. — Я здесь, чтобы поговорить, и я очень надеюсь, что мне не придётся карать вас ужасом.

Грендель потянулся, и его лицо не выражало ничего после того изначального удивления. Он зевнул и лениво моргнул.

— Когда мы встречались в последний раз, ты была просто Кассандрой Лидделл, малявкой-пикси.

— Когда мы встречались в последний раз, ты был владельцем клуба. Теперь ты владеешь кучкой обгоревших камней. Времена меняются.

— Определённо. Ну, я не в настроении болтать, — он махнул в мою сторону руками. — Так что беги отсюда к своему хозяину и скажи ему, что твои попытки напугать меня провалились.

— Я здесь не для того, чтобы пугать тебя.

— Нет? А что тогда?

— Я здесь, чтобы предложить тебе союз.

Грендель издал лающий смешок.

— И зачем он мне понадобился?

— Мы планируем напасть на Благих. Ну, на тех самых, которые разрушили всё, что у тебя было?

— Ммм. Мне нужно нечто большее, чем союз, если ты хочешь, чтобы я тебе помог.

— И что же именно?

Грендель высунул длинный язык, облизывая губы.

— То же, чего я хотел при нашей последней встрече. Чтобы ты широко раздвинула свои бёдра, пикси, — он потеребил тазовую кость, привязанную к его горлу, и один его палец демонстративно то проникал в неё, то выскальзывал обратно. Как-то раз я украла у него эту кость, но он, видимо, вернул её себе.

Гнев — это хорошо. Отвращение тоже сгодится. Но чтобы по-настоящему задеть Гренделя, надо оспорить его мужественность.

— То есть, тебя устраивает быть королём этой сгоревшей дыры, я так понимаю. Ты позволишь Благим задирать тебя, и тебе это нравится. Ты теперь их сучка, да?

На его лице промелькнула злость.

— Они получат то, на что напрашиваются.

Я сделала шаг вперёд, прочь от зеркала на стене, ощущая успокаивающее отражение на моём браслете. «Всегда имей путь к отступлению».

— Да. Но только если мы объединимся.

— Оставайся на прежнем месте, — он поднял руки, и в его голосе я услышала нотку чего-то неожиданного. Страх?

Я сделала ещё один шаг вперёд, и мои губы изогнулись в улыбке.

— Беспокоишься о чём-то, Грендель?

Он вздрогнул.

— В прошлый раз ты пришла с железом.

— Теперь у меня при себе ничего нет.