— Примите мои искренние соболезнования, — сказал Браун.

— Спасибо. Как вы понимаете, мне от них не легче. Когда похороны?

— На будущей неделе.

Хельга подвинула к себе пепельницу, положила в нее сигарету, потом, достав из сумочки батистовый носовой платок, приложила его к глазам.

— Вам известны какие-нибудь подробности о том, что там произошло? — спросила она.

— Многое известно, об остальном догадываемся. Откровенно говоря, дело весьма запутанное и несколько непонятное.

— Кто убил Виктора, вы знаете?

— Нет, не знаем.

Хельга убрала платочек в сумку и снова устремила взгляд в одну точку.

— Я хотела бы вас кое о чем спросить, — тихо проговорила она. — Не как своего шефа, а как друга нашей семьи. И я очень прошу, Эгон, ответьте честно на мой вопрос.

— Разумеется, Хельга.

— Когда было принято решение о поездке Виктора в Венгрию?

— Тогда же, когда было принято решение по «Сильвии»… Погодите-ка, сейчас я скажу совершенно точно. — Браун на несколько секунд задумался. — В конце мая.

— Ему сообщили об этом?

— Разумеется.

— Подлец! — с ненавистью произнесла девушка. — Жалкая личность. Ну и поделом ему! Ведь он дал мне клятву не ездить в Венгрию. Три недели назад он поклялся в этом. Теперь я понимаю, почему он так настойчиво советовал мне поехать отдохнуть на Бермудские острова. — Нервным движением она погасила в пепельнице сигарету. — Мне кажется, нас обоих основательно обманули. И вас, Эгон, и меня.

Браун почувствовал, что наступил удобный момент показать девушке письмо. Ведь Хельга говорила сейчас с ненавистью о Меннеле. Разочарование и горечь помогут ей полностью прозреть… Он взял со стола письмо и протянул ей:

— Вот, нашли на квартире Меннеля. Прочтите.

Хельга взяла письмо. Мельком взглянула сначала на незнакомые удлиненные буквы, потом начала читать:

«Дорогой Виктор!

Я была бесконечно рада твоему последнему письму. Наш друг был поистине очень любезен и пообещал, что по пути из Бухареста захватит мой ответ тебе. Пишу это письмо совершенно спокойно, зная, что его прочтешь только ты. Наконец-то после долгих месяцев разлуки мы снова встретимся. Как влюбленная школьница, я сгораю от нетерпения и считаю дни до встречи. Все твои распоряжения я выполнила. В Национальном банке уже получила положительный ответ. Так что теперь свободно могу подавать заявление о выдаче мне заграничного паспорта. Думаю, что, когда ты приедешь в Будапешт, паспорт будет уже у меня на руках. А вопрос с визой ты решишь потом сам. Ты спрашиваешь, где бы мне приятнее всего было поселиться? С тобой — где угодно. Поедем туда, где ты будешь чувствовать себя в наибольшей безопасности. Твоя безопасность для меня важнее всего. Тибор проделал изумительную работу: не жалея сил, не боясь риска, он собрал такой материал, о котором ты и не мечтал. Мой дорогой! Я должна признаться тебе: Тибор считает, что я в него влюблена. Если вы встретитесь, не разочаровывай его, не лишай этой иллюзии, потому что бедный парень работает только «ради этой большой и бескорыстной любви». Вообще говоря, мне очень жаль его: он несчастный человек, заслуживающий лучшей судьбы. Теперь о моем женихе; ему стало известно о наших с тобой отношениях, и он ревнует. Будь осторожен, потому что, если Геза потеряет голову, он способен на все. Я не боюсь его предательства — он достаточно умен, чтобы не сделать этого. И все же я не хотела бы, чтобы вы встретились. К сожалению, фрейлейн Хельга была неделикатна и раскрыла нашу тайну. Бедняжка, конечно, ревнует. И я понимаю ее.