|
— Девушка закурила сигарету. — Тогда я рассказала ему про Тибора, какой он способный, но никак не может найти себя… На другой день Меннель сказал, что знает, как нам помочь. Передай, говорит, своему Тибору, чтобы он подготовил коллекцию образцов пуговиц и составил проект развития производства — какие ему нужны станки и так далее. Потом Меннель сообщил, что на следующее лето, то есть в этом году, он собирается в Венгрию и тогда мы сможем обсудить нашу сделку в деталях.
— Да, точно так все и было, — подтвердил Тибор Сюч, — с января этого года мы стали переписываться. Меннель торопил меня, я работал день и ночь. Меннель писал, в частности, что я получу от их фирмы полировальные станки большой мощности и печь для обжига. — Тибор встал, вынул из портфеля папку и протянул Шалго. — Пожалуйста, вот посмотрите сами. Это наша переписка. Все письма я отправлял через фирму «Артекс». Ее тоже весьма заинтересовала эта идея. Вот образцы пуговиц. — И Тибор стал извлекать из портфеля и раскладывать на столе картонки с прикрепленными к ним пуговицами. Одна красивее другой! — Неделю назад Беата получила от Меннеля письмо, в котором он просил приехать к нему на Балатон и привезти с собой образцы. Мы приехали, а тут выясняется, что его кто-то убил… — Письмо Виктора Меннеля с приглашением тоже здесь? — спросил Шалго, перелистывая бумаги в папке. — Нет, оно у моего жениха, — ответила Беата. — Он отнял его у меня, влепил мне пощечину и запретил встречаться с Виктором. Я ведь говорила, что он ужасно ревнивый. — Н-да, вроде бы в этой истории все похоже на правду, — проговорил Шалго и снова стал листать папку. Он понял, что Тибор и Беата не лгали. — Н-да, все выглядит вполне правдоподобно. Во всяком случае, на первый взгляд… — Познакомитесь поближе с делом и убедитесь, что так оно и есть, — сказал Тибор Сюч. — Поезжайте в Будапешт, поговорите с работниками «Артекса». Они подтвердят вам, что я не очень-то и жаждал этой кооперации с Меннелем. — Что ж, я верю вам, господин доктор. — Вы насмехаетесь? — В глазах Тибора вспыхнули недобрые искорки. — Нет, отнюдь нет, поверьте. Мне просто по-человечески жаль вас. — Голос Шалго звучал искренне. — Итак, вы навсегда расстались со своей былой профессией? Лицо у Тибора перекосило, как от боли. Он вышел на балкон, постоял немного, глядя на сверкающее зеркало Балатона, потом вернулся. — Оставим это, — глухо сказал он, стоя в дверях. — Прошлого уже не воротишь. Так что мне теперь, видно, суждено до смерти делать пуговицы… Шалго встал, роняя пепел с сигары на ковер, но, как всегда, не замечая этого. Он задумчиво потер свой мясистый нос, потом достал из заднего кармана брюк письмо и протянул его Тибору: — Вот письмо Виктора Меннеля. Возьмите и спрячьте его. Может быть, оно вам еще пригодится. Тибор Сюч смотрел на письмо, и ему вспомнились слова Адама Рустема, предупреждавшего, что Шалго — очень хитрый, опасный человек и с ним нужно держать ухо востро. Вот и сейчас старик все время добродушно улыбался, а сам держал в кармане злополучное письмо. И кто знает, что еще он задумал и какими козырями располагает? Тем временем Беата подошла к Тибору и взяла у него из рук письмо. — Как оно к вам попало? — спросила она, глядя в упор на Шалго. — Ваш жених потерял, а мы его нашли. — Геза знает, что я здесь? — В глазах девушки мелькнул страх. — Я хоть и «старое чучело», Беата, но не сплетник, — ответил Шалго и перевел усталый взгляд на Тибора. |
