Казмер встал, потянулся, поглядел на залитый солнечным светом сад, затем, повернувшись к лейтенанту, небрежно обронил:

— Скажу, что вы слишком увлекаетесь романами Йокаи.

— Возможно, — не стал возражать Фельмери.

Позднее, уже сидя в кафе отеля, Фельмери еще раз перебрал в уме весь этот разговор. «Может быть, мои доводы только с виду логичны?» — думал он.

В просторном, со вкусом обставленном зале было сравнительно малолюдно.

Развернув вечернюю газету, Фельмери начал было читать хронику, как вдруг кто-то опустился рядом с ним на стул и очень знакомый голос спросил:

— Не помешаю?

— Ну что вы! — не скрывая своей радости, воскликнул лейтенант, хотя едва ли и сам мог объяснить, чему он, собственно, радуется.

Илонка была в кремово-желтой мини-юбочке и голубой батистовой блузке с коротким рукавом. Взгляд у девушки был мрачный, что, как ни странно, делало еще более неотразимым ее красивое лицо.

— Я отниму у вас всего несколько минут, — с плохо скрываемым беспокойством сказала она и оглянулась на дверь кафе.

— Вы кого-нибудь ждете? — спросил Фельмери.

— Нет, никого. Только с вами хотела поговорить.

Белокурая официантка поставила на стол кофе, заговорщически улыбаясь лейтенанту. Но, когда она неторопливо двинулась дальше, Илонка остановила ее:

— Погоди, Эви, я сразу же и рассчитаюсь.

Фельмери положил руку на локоть Илонки.

— Если позволите, это сделаю я. Сколько с меня, девушка?

Фельмери расплатился, а когда официантка ушла, спросил:

— Что случилось, Илонка?

Девушка задумчиво помешивала ложечкой кофе, казалось, она не отваживалась поднять на лейтенанта взгляд.

— Очень хотелось бы, чтобы вы поверили моим словам, — наконец сказала она.

— Я верю.

— Казмер не убивал Меннеля, поверьте!

— А кто же?

— Не знаю.

— Вы любите Казмера?

— Да. — Она подняла на лейтенанта глаза, полные слез. — Да, но об этом никто не знает. Даже тетя Лиза. Только мой дедушка. И теперь еще вы. Мы любим друг друга, и я принадлежу ему. Я ведь могу вам довериться?

— Вполне, — просто сказал Фельмери. — Вы уже давно встречаетесь?

— С прошлого лета. — Она смахнула слезинки с глаз. — Но я хочу вам сказать… В тот вечер… Ну, словом, накануне смерти Меннеля я его встретила, этого немца. Совершенно случайно. Я ждала Казмера. Казмер предложил мне после ужина поехать на машине в Веспрем. Дома он сказал, что едет в Будапешт. А в Веспреме живет один его приятель. Врач. Обычно мы у него на квартире и встречались. Но я сказала Казмеру, что поеду с ним только в том случае, если мы сначала зайдем к его матери и он объявит ей, что любит меня и хочет на мне жениться. Казмер возражал, говорил, что не может этого сделать, что так мы только все испортим… Стал уверять, что еще до своего отъезда он расскажет матери обо всем… Тогда я сказала, что подождем и с поездкой в Веспрем. Мы поссорились. Он назвал меня шантажисткой и сказал, что я только потому сошлась с ним, чтобы потом навязать себя ему в жены. Я понимала, что он выпил лишнего и несет околесицу, но все равно его слова были для меня оскорбительны, и я тоже не осталась в долгу.