– Неверно, брат: преходящее – это форма искусства. Более того, оно может быть самой высокой формой искусства: сам я еще не пришел к окончательному решению, а других мнений по этому поводу не слышал. Разве мы сами не были свидетелями творчества этого нашего младшего брата, который пользовался звуком, рисунком движений и отраженным светом? Оно сделано – и уходит, и, уходя, меняется. Искусство, братья. И кто знает, быть может…

Увидев, что Точильщик снова находится во власти своей страсти, члены его Клана приготовились слушать.

Остальные двое обменялись взглядами, улыбками – и отпили вина.

Чарли вошел в восточную дверь «Грота» точно вовремя и почти не запыхавшись и приветственно помахал своему напарнику, работавшему днем.

– Эй, Джордж! Какие новости, парень? В подземельях Эконси все тихо?

– Довольно тихо, – признал его напарник, худой смуглый мужчина, которого вышибли из полиции за нанесение подростку травмы со смертельным исходом. – В южной части сидит компания, за которой следовало бы приглядеть. Группа настоящих черепах и пара людей.

– Как-как?

Чарли выпучил глаза, но сразу же опомнился и заставил себя моргнуть.

– Черепахи, – терпеливо повторил Джордж. – Четыре штуки. Два человека, мужчина и женщина. Молодые. Проблем нет, только шумят немного. Но такие уж они, эти черепахи: не могут вести разговор так, чтобы в соседнем доме стены не потрескались. Просто присматривай за ними. Хотя ксенофобы к нам редко заглядывают.

Чарли кивнул.

– Угу, но никогда не знаешь… Я буду изредка туда заглядывать. А что за ребята?

– Красивая парочка. Он темный. Она рыжая. Не оранжевая, – неожиданно решил пояснить он. – Скорее, коричнево-рыжая.

– Каштановые волосы.

– Угу, каштановые. Маленькая такая. Похоже, неплохо проводят время, все шестеро. То и дело смеются.

Он пожал плечами и двинулся к бару.

– Ну, хорошо, – сказал Джордж, поняв его намек. – Надеюсь, они будут довольны своим пребыванием в прекрасном Эконси. – Он поднял руку. – Пока, приятель.

– Не напрягайся.

Джордж уже махнул рукой стоящему за стойкой Мэйси, заказывая свою первую в этот вечер рюмку.

Чарли дежурил в восточном и южном залах и к тому же присматривал за танцплощадкой с пониженной гравитацией, которая находилась в самом центре. Дженис Долтон патрулировала в западном и северном зале и тоже присматривала за танцплощадкой. Еще двое курсировали повсюду и присматривали за всем.

В восточном зале было спокойно. Чарли перехватил спор по поводу счета, не дав ему разрастись в громкий скандал, и передал его ближайшему управляющему. Он проводил рано напившегося посетителя к ближайшему выходу и посадил его в такси. Он приветственно кивнул двум постоянным клиентам и направился в южную часть.

«Хорошая компания собралась», – решил он, бросая взгляд на танцплощадку и две одинаковые барные стойки, отмечавшие переход из восточного зала в южный. Заметив одного из курсирующих дежурных, Марка Свенгера, он поманил его к себе.

– Как дела?

– Неплохо, – ухмыльнулся Марк.

Хороший парнишка: ночами он работал в «Гроте», а днем учился, собираясь стать юристом. Чарли надеялся, что этого не произойдет: неприятно было бы вот так потерять друга.

– Как там вечеринка черепах? – спросил он. – Еще идет?

– О да! Похоже, они просидят тут до будущего года. – Марк покачал головой. – Друг, ты не поверишь, сколько за тем столиком пьют вина и пива! Может, им и придется пробыть тут год.

Чарли вопросительно наклонил голову:

– Безобразничают?

– Нет, просто веселятся.