— Джессика хорошо учится?

— Да. И ей нравится в школе. Раньше она мало общалась с другими детьми, а сейчас у нее появились подруги…

— Почему мистер Лемб не приехал?

— Мы целое лето отдыхали, теперь у Орвила много дел. У Джессики и Рея школа, а Джерри уже устал от переездов. Орвил отпустил меня одну.

Агнесса вспомнила, как Орвил смеялся: «Отдохни от нас!»

— Знаешь, кого я видела недавно? Слушай, не поверишь, — Вильгельмину! — воскликнула Филлис. — Толстуху Вильгельмину, которая так издевалась над тобой! Она стала еще безобразнее! Я ехала в экипаже и из окна показала ей язык — не удержалась, представляешь! Но она, кажется, не видела.

«Мы ушли далеко, а они остались на месте, — подумала Агнесса. — Интересно, а как дела у Сюзанны Коплин?» Наверное, ее бывшая соседка живет в том же квартале. Агнесса прекрасно помнила дом, где прежде жила с Джессикой. Что было бы, если б она явилась туда сейчас?

Агнесса устыдилась вдруг своих мыслей, словно и впрямь хотела спуститься туда, как с небес, с триумфальным чувством мести, в злато-шелковых доспехах.

— Я не держу зла ни на Вильгельмину, ни на остальных, — сказала Агнесса. — Может быть, потому, что мы схватили свою удачу, а они нет. И это не снисходительность победителя, Фил.

— Никогда они ничего не получат! — удовлетворенно добавила Филлис, а потом сказала: — Хотя я-то всем обязана тебе, Агнесса. И мистеру Лембу.

— Нет! — быстро возразила Агнесса. — То, что ты имеешь сейчас, — это твой личный успех, и я не хочу, чтобы ты говорила так. Вспомни прошлое: ты мне очень помогла тогда, ты одна меня поддерживала…

— Кое в чем — безусловно! — рассмеялась девушка и подмигнула:— А, миссис Лемб?! Ты ж не хотела замуж! Но я была права: он очень… даже нет — самый-самый, верно?!

— Да, — просто ответила Агнесса.

Она с задумчивым видом вертела в руках чашку, разрисованную неведомыми яркими цветами и райскими птицами.

— Знаешь, Филлис, я хотела рассказать тебе… Помнишь, когда-то я говорила о Джеке, с которым убежала тогда из дома?..

— Помню, — спокойно сказала Филлис, — и что?

— Он вернулся.

Филлис уронила щипцы для сахара.

— Как?!

Она почему-то испугалась не на шутку, и это, по непонятной причине, слегка раздосадовало Агнессу.

— Я же говорила, что не знаю точно, умер он или нет!

— Нет, — возразила Филлис, — ты сказала, что он погиб, что это был несчастный случай.

— Извини, значит, я солгала тебе тогда. На то были свои причины… Сейчас я могу сказать правду.

Она дополнила свой прошлый рассказ, прибавив повесть о случившемся в этом году, и по лицу не перебивавшей ее Филлис поняла, что Джек заработал себе еще одного врата.

— Я все сказала ему как есть, и он ушел… Знаешь, Филлис, когда мы отдыхали в Санта-Каролине, мне все казалось, что Джек внезапно выйдет откуда-нибудь, что он следит за мной…

— Ты очень боялась? — участливо произнесла Филлис, и Агнесса подумала, что «боялась» — не совсем точное определение ее тогдашнего состояния.

— Конечно, боялась, — сказала она. — Но я знаю: он не вернется больше. Может, уехал, может, его поймали, и он в тюрьме, или…— она помедлила, — теперь уже по-настоящему мертв.

Агнесса намеренно употребила последним именно это слово, будто стремилась поставить конечную точку сведения счетов.

— Ты бы хотела знать?

— Не отказалась бы. Хотя… лучше, может, и не знать.