Дайна Эннис. Вы же умный человек. Вы знаете, что ваш брат, дин Хармон, тоже был умным и… (чуть не сказала – тоже жадным) рачительным хозяином. Так вот. Вы хоть раз задумались о том, почему очень умный и рачительный дин Хармон вдруг решил жениться на нищей сиротке, у которой за душой гроша ломаного не было? Никогда не задумывались о том, почему в первую же встречу с ней он немедленно сделал сиротке предложение, боясь, что другие опередят его? А когда она отказала, добивался её до тех пор, пока она не согласилась? Вы умный человек, дайна Эннис, – повторюсь. Вы же не поверите, что такой человек, как ваш брат, может полюбить, как обыкновенный человек. И повторюсь в другом: вы никогда не задумывались над тем, кто я? Особенно в свете того, как легко я выжила после вашей магической отравы!

Дайна Эннис сузила глаза, быстро и пронзительно разглядывая Аню, чтобы определить её дар, а потом громко застонала от ненависти и досады: магические определяющие знаки Ани закрывала «ювелирка» дина Хармона! Стон оборвался хрипловатым шипением. Будто крыса, только только добравшаяся до вожделенного куска сыра, вдруг обнаружила, что тот лежит внутри металлического ящика!

Она попятилась – медленно, так напряжённо, словно готовясь вновь броситься на ворота, сегодня абсолютно недоступные для неё из за какого то ржавого замка великанских размеров! Пятилась ссутуленная, что ещё больше добавляло к впечатлению, что она отступает для разбега… И внезапно выпрямилась, размяла плечи и развернулась к своему ландо…

Лекарь суетливо подал дайне Эннис руку, чтобы помочь ей подняться в ландо и усадить на кресло внутри этого щеголеватого средства передвижения. Не глядя на него, но воспользовавшись его рукой, дайна Эннис свергнутой королевойвзошла в ландо и уселась – спиной к поместью дина Хармона.

Ландо помчалось по дороге так, словно за ним гнались.

А Аня, чувствуя себя опустошённой, дышала ртом, не веря, что выстояла.

Наконец первая мысль пробилась в болезненно тяжёлой голове. Мысль словно изумлённая: «Я справилась?.. Я справилась! Я сумела сама ей противостоять!» Странно, но Аня почувствовала гордость, только когда соединила себя с Таеганом: «Я справилась! Я – будущая жена военного мага! Я тоже боевой маг! Видел бы Таеган!.. Как я ей…»

И хлопала глазами, посмеиваясь над собой: «Как я ей… Тоже мне – нашла чем хвастать! Но Таеган мной бы гордился! Придёт сегодня – я расскажу ему! Пусть… посмеётся! Ведь это смешно: столкнулись две курицы – и раскудахтались, кто сильней и умней, да ещё пыли ногами друг на друга напылили… Вот я дура то…   вдруг охнула она мысленно. – А если она в следующий раз привезёт с собой кого нибудь, кто сумеет пробиться сквозь защиту дина Хармона, чтобы разглядеть, кто же я, если могу сопротивляться, да ещё и грозить?! Натравит на меня королевских стражников – или кто тут ещё… И тогда она легко получит свой дом и выкинет из него моих братьев и сестёр… Пусть только попробует! – обозлилась она, будучи на взводе. – В первый раз я в одиночку сразилась с ней! А во второй – со мной рядом будет Таеган!»

И медленно повернулась идти домой, внезапно озадаченная ещё одной мыслью: то, что маг образов работает с картинками, дающими силу, она уже знает. А есть ли у такого мага умение… с другой стороны? Ну, например, отнимать силу?

Всё ещё шагая, она сжала голову ладонями, стараясь упорядочить мысли, а заодно убрать тягучую боль, которая начала обхватывать голову. Шла по дороге и глядела на зелень, которая переливалась солнечными бликами и звонкими птичьими голосами, и думала о том, как быстро она приняла, что в мире может быть реальная магия.