— Нет, — спокойно возразил Габриель, — но правда опасна для тебя и для нас.

— А он знает правду? — Молли ткнула пальцем в сторону Ксавье. Я чувствовала, как на глазах портятся их отношения, и жалела, что не могу уладить ссору.

— Он — исключение, — холодно ответила Айви.

— Да ну? А почему бы и мне не стать исключением?

— Если бы мы и сказали правду, ты бы нам не поверила, — попробовал усмирить ее Габриель, но Молли не отступала.

— А вы попробуйте!

— Начнем вот с чего: как ты относишься к сверхъестественному?

— Отлично, — холодно отозвалась Молли. — Смотрела «Очарованных», и «Баффи», и все такое.

Габриель незаметно поморщился.

— Это не совсем то.

— Ну, тогда вот что: на прошлой неделе мой гороскоп в «Космо» предсказал, что я встречу в автобусе очаровательного незнакомца и он даст мне свой телефон. Как же мне не верить?

— Да уж, настоящее просветление, — буркнул себе под нос Ксавье.

— У всех «стрельцов» нелады с сарказмом?

— Может быть. Я — «лев».

— А, известное дело, они тупые.

— Господи, тебе все как об стенку горох.

— Сам ты стенка!

Ксавье, устав спорить, отвернулся и упал на софу подальше от Молли. Айви качала головой, словно не верила, что можно тратить время на такие глупости. Я не знала, что и думать: неужто Габриель действительно решил открыть Молли тайну? Непохоже на моего брата. Он так упорно противился введению в нашу маленькую семью Ксавье, а теперь готов принять еще одну смертную? Должно быть, совсем отчаялся.

Габриель послал Ксавье предостерегающий взгляд. Не стоило дразнить Молли — от этого никому легче не будет.

— Молли, поговорим на кухне, — предложил он.

Шествуя мимо Ксавье, моя подружка бросила на него торжествующий взгляд, Габриелю же ответила вежливо и кротко:

— Как пожелаете.

Однако начать решительный разговор Габриелю не довелось. Комната вдруг дрогнула, пол под ногами пошатнулся, люстра и светильники закачались. Даже я в своем призрачном облике ощутила нарастающее давление.

Айви с Габриелем придвинулись друг к другу, не встревоженные, однако немного обеспокоенные предстоящим. Ксавье вскочил на ноги, отыскивая источник опасности. Все его мышцы напряглись, ноги напружинились — он ждал лишь сигнала для начала боя. И в удивлении поднял глаза, когда оконное стекло, задребезжав, стало медленно расходиться посередине. Молли приросла к полу, оказавшись прямо на линии огня. Я видела, как Ксавье обернулся к ней, поспешно оценивая риск. Инстинкт покровителя требовал действия, и он, схватив Молли, сбил ее на пол и прикрыл своим телом в тот самый миг, когда стекло лопнуло, градом осколков осыпав его спину. Молли завизжала, а мои брат и сестра даже не пригнулись, не попытались укрыться. Они стояли как статуи — битое стекло блестело у них в волосах и на одежде, но не ранило. Они представлялись несокрушимыми — думаю, ни огонь, ни лавина не сдвинули бы их с места. И то, что близилось сейчас, их не пугало.

— Прикройте глаза, — велел Габриель распростертым на полу ребятам.

Громыхнуло, ударила молния, а потом комнату заполнило белое сияние. Казалось, гостиная превратилась в раскаленное горнило, на деле же температура градусов на десять упала. Даже я, привидение, ощутила холод. За себя я не опасалась, тем не менее предпочла спрятаться и устроилась за диваном. В воздухе родилось пронзительное гудение, вроде звука помех в телевизоре, только громче и такое сильное, что отдавалось в мозгу.