– Ч-что ты здесь делаешь? – Я озадаченно нахмурилась.

– Дорогая, я знаю…

Но договорить она не успела, потому что в этот момент через порог переступила моя бабушка, прошелестев своей длинной темно-синей мантией с золотыми лунами. За ней прошмыгнула Миссис Черника, которая, увидев меня, оживилась и в один прыжок оказалась на моей кровати. Она радостно завиляла хвостом и лизнула меня в лицо. Я уткнулась носом в ее мягкий золотистый мех и глубоко вдохнула запах дома. Миссис Черника еще раз легонько толкнула меня мордочкой, а затем прижалась всем телом.

Бабушка тем временем встала рядом с мамой и с улыбкой посмотрела на меня:

– Наконец-то ты проснулась! Значит, зелье из полуночного цветка сделало свое дело.

– Сейчас не время рассуждать о твоих бесполезных травяных снадобьях, – вмешалась мама.

– Дочка, зелье из полуночных цветов известно своими целебными свойствами, и, как видишь, оно помогло, – осадила ее бабушка.

– Как я вообще здесь оказалась? – Я попыталась вклиниться в разгорающийся спор. Обрывки воспоминаний о Зачарованном лесе и о том, как я потеряла сознание, пробегали перед внутренним взором, как размытые кадры на старой кинопленке.

– Твоя магия раскрылась и мгновенно подавила тебя, – объяснила бабушка, доставая из-под своей мантии маленький пузырек и протягивая его мне. – Выпей это, дорогая, оно придаст тебе сил.

Я нерешительно взяла стеклянную бутылочку, выдернула пробку и с подозрением уставилась на содержимое. Из сосуда выходили маленькие пузырьки и облачка дыма.

– Бабушка, а что это?

– Как что? Зелье из тысячелистника!

Прищурившись, я поднесла снадобье к губам и одним махом выпила. При этом машинально скривилась, предполагая, что на вкус напиток будет не менее отвратительным, чем на вид. Однако все оказалось совсем наоборот: во рту взорвался сладкий привкус, и в тот же миг по отяжелевшим конечностям разлилось приятное тепло. Уже через несколько секунд я почувствовала себя лучше.

– Что произошло в Вальпургиеву ночь? Я помню только отдельные фрагменты.

– Ужасные вещи, дорогая. – Обычно теплый, голос бабушки приобрел печальную интонацию.

Я перевела взгляд с бабушки на маму, которая сосредоточенно смотрела в большое окно с решетчатым переплетом. В рассеянных солнечных лучах, проходивших сквозь кроны деревьев, ее рыжеватые кудри сияли золотом.

– После того как ты упала в обморок, мы…

– Хватит! – снова перебила бабушку моя мать. – Ей нужно отдохнуть и восстановить силы, это первоочередная задача. – Мама встала и поспешила к двери. – Ты идешь? Я хочу с тобой кое о чем поговорить. Позже я еще к тебе загляну, Лилли, – добавила она, прежде чем закрыть за собой дверь.

– Почему она здесь?

От множества круживших в голове вопросов у меня началась мигрень. Эффект от зелья из тысячелистника уже начал проходить. По крайней мере, мне так казалось.

Бабушка задумчиво смотрела на меня теплыми карими глазами, в ее круглых очках отражались солнечные лучи.

– Дорогая, она беспокоится о тебе.

Я резко помотала головой:

– Нет, ничего подобного. – Внутри меня разгорались сомнения. – Вы что-то недоговариваете.

Бабушка вздохнула, наклонилась к Миссис Чернике и нежно погладила ее.

– Лилли, ты ведьма, рожденная в полнолуние Вальпургиевой ночи, – произнесла она слова, которые я к этому моменту и без того уже выучила наизусть. Последние несколько недель я пыталась смириться с этой участью, хотя все еще не до конца понимала, что это для меня значит.