Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

– Бессмысленно прятаться, лорд Генсифер, – окликнул его Филидис. – Правосудие должно свершиться. Выходите по собственной воле!

Только круги на воде указывали на то место, где затаился Лорд Генсифер. Филидис еще раз позвал его.

– Лорд Генсифер! Зачем создавать ненужные трудности всем нам? Выходите – вам уже никак не сбежать!

Из‑под настила послышался хриплый отчаянный вскрик, затем плеск лихорадочных ударов руками по воде, после чего воцарилась тишина. Сидевший все это время на корточках Филидис медленно выпрямился и застыл, глядя на воду со смертельно бледным лицом. Затем он взобрался на причал и присоединился к Райлу Шермацу, Глиннесу и Акади.

– Можно объявить данное дело закрытым, – сказал он. – А тридцать миллионов озолов – судьба их так и останется тайной. Скорее всего, мы никогда не узнаем всей правды.

Райл Шермац покосился на Глиннеса, который стоял с хмурым лицом, закусив губы.

– Что ж, по‑моему в этом нет такой уж особой беды, – произнес Шермац. – А где наш пленник Бандольо? Неужели этот негодник сумел воспользоваться замешательством?

– Похоже на то, – тоскливо признался Филидис. – Он исчез! Ну что за несчастный сегодня у нас день!

– Совсем наоборот, – возразил Акади. – Еще никогда я не испытывал такого огромного морального удовлетворения.

Его тут же поддержал Глиннес.

– Касагэйва прогнали взашей – я крайне за это признателен. И для меня этот день отличный. Филидис потер лоб.

– А я вот все еще в замешательстве. Лорд Генсифер всегда мне казался прямо‑таки воплощением честности!

– Лорд Генсифер здорово просчитался, особенно с моментом начала своих решительных действий, – сказал Глиннес. – Он умертвил Лемпеля после того, как Лемпель подробно проинструктировал посыльного, но до того, как деньги могли оказаться у Лемпеля. А затем еще просчитался и с Акади, будучи уверен в том, что Акади стол же бесчестен, как и он сам.

– Очень грустная история, – сказал Акади. – А тридцать миллионов озолов – кто знает, где они теперь? Может быть, как раз сейчас посыльный пользуется в свое удовольствие неожиданно доставшимся ему богатством на какой‑нибудь далекой планете.

– Так, скорее всего, и обстоит дело, – сказал Филидис. – А нам, как мне кажется, остается еще только сделать что‑то вроде официального заявления, чтобы успокоить гостей.

– Извините меня, – сказал Глиннес, – но мне нужно кое с кем повидаться. – Он направился к тому месту парка, где чуть раньше видел Дьюссану. Но теперь там ее не оказалось. Несколько раз он обошел весь парк, но Дьюссаны так и не встретил. Может быть, она прошла внутрь дома? Вряд ли – этот дом больше уже ничего не значит для Дьюссаны…

Тропинка вокруг дома вела к пляжу на противоположной стороне острова, на берегу, выходившему к океану. Глиннес спустился по склону и увидел Дьюссану – она стояла на песке и глядела куда‑то в океанскую даль, в то неясно просматриваемое пространство, где небосвод смыкался с океаном.

Глиннес подошел к ней. Она обернулась и посмотрела на него так, как будто видела его в первый раз в своей жизни. Затем отвернулась и медленно побрела вдоль самой воды на восток. Глиннес двинулся за нею следом, и так вместе они и шли вдоль берега в зыбком мареве надвигающегося эвнесса.

Быстрый переход
Мы в Instagram