В историю Великой Польши этот бой войдет как бой в проливе Каттегат. Согласно польской версии, корабли польского флота совершавшие учебный поход из Лондона к родным берегам вступили в героический и неравный бой с кораблями Балтийского флота в составе четырех дредноутов типа "Севастополь", четырех линейных крейсеров типа "Измаил", а также несчетного множества крейсеров и эсминцев. В результате боя героические польские моряки сумели потопить два дредноута три линейных крейсера и несчетное количество крейсеров и эсминцев около тридцати или сорока, а также нанести тяжелые повреждения остальным кораблям Балтийского флота. Но силы были слишком неравны, и все польские корабли героически погибли, погрузившись в суровую пучину Балтийского моря с гордо поднятым польским флагом.

В вахтенном журнале подводного крейсера "Блюхер" о "морском бое" в проливе Каттегат была нижеследующая запись: "Произведены учебные артиллерийские стрельбы с целью тренировки личного состава по трем плавучим мишеням. Все мишени потоплены. Расход боеприпасов - восемьдесят снарядов калибра 150 мм. Общая оценка действий артиллерийских расчетов - "отлично".

В отличие от лодки Деница, лодке Канариса расположенной восточнее пришлось ожидать целей гораздо дольше, и такой удачи как Карлу Фридриху не выпало. Вначале торпеды его "Гнейзенау" потопили польский транспорт, перевозивший английские танки для польской армии, и Фридрих долго не мог, понять, почему судно со столь ценным грузом идет без охранения. Затем на дно ушел гигантский плавучий док, который тащили морские буксиры под польскими флагами. Потопление дока стоило его лодке всех оставшихся торпед, ибо гигантская почти двухсотметровой длины коробка, разделенная на множество отсеков упрямо не хотела тонуть. Что до мучавшего Канариса вопроса, то все объяснялось просто - данное имущество принадлежало Польше, и англичане, уже получившие за покупки деньги, абсолютно не были заинтересованы в дальнейшей судьбе проданного товара. У Англии никогда не было союзников, а были лишь страны, чьи интересы в той или иной степени совпадали с ее устремлениями - и поэтому гибель ценного польского груза для них означала лишь дополнительную ожидаемую прибыль - полякам потребуется покупать снова, и платить за новые покупки золотом, награбленным в России. Что до польского военно-морского флота, то его адмиралы рассудили, что Каттегат находится слишком далеко, и изношенные, давно не видевшие ремонта, русские подлодки действовать в этом районе не смогут. Они не были дураками, и оставшиеся в наличии силы польских ВМС, должны были встретить ценный груз на рубеже 35 градусов восточной долготы для эскортирования в Мемель.

Лодка Канариса, израсходовавшая все торпеды была вынуждена уйти на базу, и поэтому на момент прохождения армады кораблей и судов Антанты, на позиции в районе Каттегата находился только "Блюхер" Деница. Карл сразу оценил, что шансов атаковать, шедший по Каттегату стальной поток, у него нет. Точнее сказать есть, но первая его атака станет и последней - огромное количество кораблей охранения моментально обнаружат и потопят его лодку. Поэтому его "Блюхер" лежал, затаившись на дне, и германские гидроакустики пытались хотя бы на слух по шумам определить состав армады.