– Всё в порядке, я уже закончил, можешь отменить тревогу.

– Я и секунды не сомневалась, что вы размажете этих жалких насекомых! – обрадовались на том конце.

– Я как раз по этому поводу. Подготовьте пару десятков камер для содержания пленных. Утром я доставлю их в Назарик, к этому времени всё должно быть готово.

– Будет исполнено! – промурлыкала Альбедо. – Возможно, вы желаете, чтобы я подготовила что-нибудь ещё? – в голосе послышались томные нотки. – Вашу спальню для отдыха после дороги? Может быть, ванну? Или вы желаете расслабляющий массаж?

– Не стоит… – как бы потактичней свернуть разговор? О! Знаю! – Но спасибо за заботу, Альбедо. Ты самая лучшая. А теперь прости, мне нужно уладить ещё несколько дел… – отключаю связь.

Так, теперь о смертоубийстве… В смысле, при переходе через дорогу маленьких детей нужно держать за ручку. Не то чтобы я сомневался в мирных намерениях кровососущего монстра, окружённого «бурдюками с кровью», но всё уж как-то слишком гладко идёт. Не к добру это благолепие… А ведь мне ещё решать, что делать с той девушкой-крестьянкой Энри, которая, покрывшись очень милым румянцем, как раз сейчас занимает мою «дочурку».

Девушка, сама по себе, была довольно симпатичной, хотя никакого сравнения с Альбедо не выдерживала. Да и большая часть горничных Назарика, на мой персональный вкус, обходили её по всем статьям. Но не в этом суть. В манге она была этаким персонажем второго плана, который разбавлял собой общий градус напыщенной дичи, которая творилась вокруг Момонги, под общим лозунгом: «По обрывкам фраз выдумаем за обожаемого начальника его мечты и воплотим их так, что он не успеет и крякнуть!» Тем не менее, насколько я слышал, её полная история в ранобэ была весьма примечательна. Она, безвылазно сидя в деревне и командуя мелким отрядом призванных гоблинов, за пару месяцев смогла взять три новых класса из области военачальника. Если не ошибаюсь, там были «Сержант», «Командир» и «Генерал», причём «Генерала» качнула аж до второго уровня. Простая крестьянка. Даже не дочь старосты. Но и этого мало, она умудрилась каким-то образом захомутать кучу монстров из леса, начиная от местных диких гоблинов, ни разу не связанных с артефактом призыва, и заканчивая несколькими ограми, которые вообще людей только за еду держат, а тут признали вождём худосочную девчонку буквально с одного окрика. Казалось бы, дальше уже некуда, но стоило её хорошенько припереть к стенке, как девочка ещё и активировала скрытый эффект артефакта призыва, о котором не знал даже Момонга, и создала вместо двух дюжин средних гоблинов аж пятитысячную армию архиэлитных для этой расы юнитов. Как задумаешься над всем этим – воображение рисует этакую смесь Альбедо и Шалти, помноженную на практичность Демиургуса и безукоризненное самообладание Себаса, но… Нет. Реальность была страшнее. Энри представляла из себя просто милую улыбчивую девушку с отзывчивым характером и без малейших способностей к притворству. Как говорится: занавес.

И вот что мне с ней такой оригинальной делать, было решительно непонятно ещё на этапе планирования выхода из Назарика на разведку, пусть я тогда ещё не был до конца уверен, что этот мир – тот самый. С одной стороны, её способности на фоне сил Стражей этажей и даже Плеяд совершенно не котировались. Но с другой, вот так взять и пройти мимо подобного феномена, вообще ничего не делая… Даже от одной мысли об этом чувствую себя идиотом.

– Шалти, как ты тут? – подкравшись со спины к «дочке», отрываю её от разговора с причиной своих сомнений.

– Господин Зеллос-ото-сан! – Кровавая Валькирия прервала разговор и радушно мне улыбнулась.

– Я помешал? Прости, если так…

– Что вы? Вы не можете помешать! Мы с Энри просто… обсуждали женские вопросы, верно, Энри?

– Д-да! – аж подскочила бедная крестьянка.