Некоторые молодые банкиры Kidder, Peabody прозвали Денунцио «страусом». Когда предлагалось какое-нибудь новое направление бизнеса, он обычно спрашивал, тот ли это бизнес, который «нужен» Kidder, Peabody для обслуживания клиентов. Ответ редко был положительным. Между тем капитал фирмы не работал, в то время как капитал конкурентов стремительно возрастал, позволяя им финансировать огромные проекты. Kidder, Peabody до сих пор полагалась на свою сеть розничных брокерских операций, которая все больше становилась громоздким, архаичным и неприбыльным направлением бизнеса. Розничные брокерские операции ежегодно приносили убыток в размере около 30 млн. долларов.

Дело получило необычайно широкую огласку; выплыла сенсационная история об известном адвокате-алкоголике, любовниках-гомосексуалистах и тайных встречах в шикарных ресторанах и поло-клубах. Больше никто из Kidder, Peabody в скандале замешан не был, и фирма попыталась было приуменьшить свою причастность к делу, но свидетельские показания ее генерального юрисконсульта Роберта Кранца оказали Kidder медвежью услугу, высветив полнейшую несостоятельность ее отдела надзора.

Суд и сопутствующая огласка еще сильнее поставили Kidder, Peabody перед необходимостью поиска новых источников дохода. Ранее Денунцио и Гордон познакомились с молодым, высоким, по-мальчишески красивым стипендиатом Родоса по имени Тимоти Л. Тейбор и прониклись к нему симпатией. У Тейбора был небольшой бухгалтерский опыт и оксфордский диплом, что пришлось по вкусу обоим, и они приняли его в качестве консультанта, напрямую подотчетного Денунцио. Его должность называлась «вице-президент, ответственный за планирование».

Изучив операции Kidder, Peabody и их прибыльность или отсутствие таковой, Тейбор пришел к заключению, что единственным шансом удержать фирму на плаву является использование новых возможностей получения прибыли. Он сделал вывод, что фирме не остается ничего другого, кроме как начать агрессивную торговлю на собственный счет. Для этого требовалось создать арбитражный отдел. Тейбор сам вызвался в нем работать. Он заявил, что торговал опционами на собственный счет, но у него не было никакого опыта в арбитраже, и он мало что знал о трейдинге.

Денунцио нехотя последовал совету Тейбора, стараясь не делать этого открыто. Он предоставил молодого консультанта в распоряжение одного из старших трейдеров по имени Ричард Уигтон, номинального главы клиентского отдела фирмы. Уигтон ранее был кредитным аналитиком, который сделал большую часть своей карьеры в Kidder, переходя с одной работы на другую, не привлекая внимания и не создавая проблем. Он был дороден, добр и скучен. Все звали его «Уигги».

Когда Уигтон на определенном этапе своей карьеры стал трейдером, он начал «ездить верхом» на сделках наиболее проницательных клиентов фирмы, просто покупая и продавая все, что покупали и продавали они, и это приносило ему кое-какую прибыль. На основании столь незначительного послужного списка Денунцио поручил ему организовать в Kidder, Peabody арбитражный отдел. Канцелярский служащий из библиотеки фирмы был назначен арбитражным клерком. Комментарии излишни.

Денунцио вызвал Сигела в свой кабинет, чтобы разъяснить суть нововведения, и предупредил его, что он не хочет, чтобы кто-либо за пределами фирмы знал о существовании отдела. Он сказал, что его беспокоит возможная негативная реакция клиентов.

Сигел знал Уигтона и хорошо к нему относился, но полагал, что ожидать от него реальных достижений в каком бы то ни было направлении арбитража вряд ли стоит. О Тейборе он знал лишь то, что у него, очевидно, нет никакого опыта в этой области и что он начал работать в фирме совсем недавно.