|
Франц Иосиф немедленно пригласил императора Александра II на секретную конференцию в замок Рейхштадт в Чехии. 26 июня оба государя со своими канцлерами — князем А. М. Горчаковым и графом Дьюла Андраши — пришли к тайному соглашению, сделав друг другу взаимные уступки. Речь шла о сербско-турецкой войне, в которой Герцеговина, княжество Черногория и княжество Сербия боролись с Османской империей за освобождение от многовекового турецкого ига. Франц Иосиф и Александр II договорились в случае военного поражения сербов предъявить туркам ультиматум о восстановлении «status quo». В случае же турецкого поражения Австро-Венгрия получала большую часть Боснии и Герцеговины, а Россия — юго-западную Бессарабию, потерянную после Парижского мира 1856 года, и Батум.
Однако самую большую уступку сделал император Александр II в отношении Болгарии: Франц Иосиф и Андраши ни в коем случае не соглашались на создание единого Болгарского государства на Балканском полуострове, считая, что оно неминуемо окажется под эгидой России. Вместо этого они предлагали создание двух отдельных болгарских государств: Болгарии с центром в Софии под австрийским влиянием и Восточной Румелии под эгидой России. Скрепя сердце русский император принял это предложение — во имя всего соглашения в целом, то есть во имя мира. Россия готовилась к войне с Турцией и пыталась прозондировать отношение к этому ведущих европейских государств. У королевы Виктории намерения России вызвали вспышки гнева и ярости; она называла Романовых выскочками, но не спешила с официальным ответом. В свою очередь император Александр II называл королеву Викторию «интриганкой» и «старой дурой», а цесаревич Александр Александрович считал поведение англичан предательством. Наконец Англия официально ответила России, что если русские начнут войну с турками, то Великобритания поддержит Оттоманскую Порту, введет свой флот в Черное море, а также высадит значительные силы в районе Босфора. Именно тогда цесаревич написал своему дяде великому князю Михаилу Николаевичу: «Как видно, Англия не имеет срама и не признает себя христианской страной, а хуже самих мусульман! Это делает ей честь, и только история со временем оценит всю заслугу христианству, принесенную этой милой нацией!» Споры в Ливадии о возможной войне, об отношениях с так называемыми союзниками были нешуточными. Все началось в 1875 году, когда, не выдержав нечеловеческого отношения и гнета турок, сербское население Боснии и Герцеговины восстало. Затем восстание поддержали в Болгарии. Балканы заполыхали. Неслыханные зверства башибузуков при подавлении болгарского восстания в апреле 1876 года вызвали в России возмущение и горячее сочувствие братьям-славянам. «Башибузуками» называли фанатиков мусульман, главным образом бежавших в Турцию черкесов, которые жестоко истребляли мирное население восставших болгарских сел, включая стариков, женщин и детей. Были сожжены и ограблены цветущие болгарские села — Панагюрище, Копривщица, Перущица, Батак и многие другие. В Панагюрище против крупповских орудий турок восставшие жители выставили сделанные ими деревянные пушки, которые стреляли лишь гирями от весов и разрывались после нескольких выстрелов. В сражениях с турками участвовали не только мужчины, но также женщины и подростки. По данным самих турок, во время Апрельского восстания было убито более тридцати тысяч человек. Стремясь защитить единоплеменников, в июне 1876 года против Оттоманской империи выступили Сербия и Черногория. Естественно, что Апрельское восстание нашло самый живой отклик в братской России. О событиях на Балканах заговорила вся русская пресса. Русские газеты и журналы подробно освещали ход восстания и сообщали о турецких зверствах. Появились десятки статей в газетах Санкт-Петербурга и Москвы. «Неужели же Болгария восстала для того, — писали в своей вступительной статье «Отечественные записки», — чтобы снова уложили ее в этот страшный гроб и навсегда?» Комитеты, организованные в защиту братьев-славян, печатали воззвание за воззванием, призывы за призывами по всей России, собирая помощь в поддержку болгарских жертв. |
