Изменить размер шрифта - +
 – Хотя, если на то пошло…

– Я пошутил, – ответил он.

– Я догадалась. Ладно, давай спать.

Я убедился, что они улеглись обратно, и, успокоенный, вернулся на свое место. Сегодня все обошлось, ни о ком не надо переживать. Не считая, конечно, меня самого.

 

 

Мы с Бачком сидели в небольшом дворике за рестораном Томаша и Франчески. Мой приятель работал у них на полставки – следил, чтобы мыши и крысы не позволяли себе слишком много. Он гордо именовал себя дикарем, никогда не жил в доме и не собирался. Мы с ним познакомились, когда я стал ходить сюда в гости. В моем окружении это был один из самых мудрых котов.

Выходные подходили к концу, и надо признаться, мне и правда стало намного лучше. Вернулся аппетит, я старательно наедал упущенное. Тем более что когда опустевший дом Снежки не маячил за окнами, отгонять грустные мысли было проще.

– Да вроде нет, – ответил Бачок, нюхая обрезки, которые ему вынес Томаш, и скалясь на дерзкую мышь, которая тоже заинтересовалась угощением. Бачок умел одновременно делать много дел. – Я вообще не компанейский кот. Люблю гулять сам по себе. С тобой приятно поболтать, кое с кем из местных можно иногда поохотиться вместе, но эта ваша любовь-морковь – спасибо, обойдусь.

– Но ведь любовь – это волшебное чувство! – воскликнул я.

Настроение у меня было самое поэтическое, даром что мы сидели у помойных баков в довольно неприглядном дворе. Никакого сравнения с деревней, куда мы недавно ездили. При мысли о деревне мне вспомнилось, как мы со Снежкой резвились в высокой траве, счастливые и беззаботные, и я тоскливо застонал.

– Дело хозяйское, вот только сейчас ты особо счастливым не выглядишь, – заметил Бачок, и мне нечего было возразить. – Я понимаю, что ты любил эту кошку, дружище. Помню, как она убежала, а мы ее спасали. Ты уже тогда в ней души не чаял. Безобразие, что вас разлучили.

– Спасибо, Бачок. Но знаешь, выходные в твоей компании определенно пошли мне на пользу. Чувствую себя гораздо бодрее.

– Вот-вот! Тебе полезно было выбраться из дома. Многие вещи лучше видятся на расстоянии. По крайней мере, когда у меня что-то не ладится, я иду бродяжничать. Обычно это здорово прочищает мозги.

– Пусть ты и не любил никого, но ты мудрый старый кот, – без тени лести сказал я. – А теперь мне пора: я думаю, что скоро меня отнесут обратно.

– Счастливо, Алфи. Да смотри, не пропадай надолго, раз у тебя теперь стало больше свободного времени. Может, я еще научу тебя охотиться! – Он улыбнулся всеми зубами.

– Это вряд ли. В смысле, я обязательно приду еще, но охотиться не буду, для меня это добром не кончается.

Я содрогнулся. В прошлый раз меня укусила бессовестная мышь, это был жуткий позор.

– Нет так нет, – покладисто ответил Бачок. – Значит, просто поболтаем. Ну, я пошел, а то здесь крыса завелась, такая наглая, думает, что может везде разгуливать. Пора ей показать, кто во дворе хозяин. Ты точно не хочешь сходить со мной?

– Звучит многообещающе, но я лучше воздержусь, – сказал я, пятясь к двери.

 

Я вернулся в дом. Алексей и маленький Томаш играли в приставку, Франческа в кои-то веки не хлопотала по хозяйству, а сидела и пила чай. Большой Томаш за скромным обеденным столом составлял меню на следующую неделю. Настоящая семейная идиллия, подумал я.

– Ха-ха, я победил! – закричал Алексей и торжествующе взмахнул кулаком.

– Ты нечестно играл, – ответил маленький Томаш.

– Как нечестно, когда честно? – Алексей посмотрел на брата, а тот сердито отшвырнул приставку.

Быстрый переход