– Это смешно. – «Так ли?» – Но ты уверена, что Ирину убил Беннет, – заметил Барбаро.

– Мне хочется верить, что это его рук дело. Хочу, чтобы он отправился в тюрьму и отсидел там остаток жизни, зная, что, в конце концов, ему не удастся избежать наказания, – ответила я. – Однако если мне так сильно этого хочется, я могу упустить истину, которую не захочу увидеть, и Ирина не добьется справедливости.

Несколько молчаливых секунд Барбаро пристально смотрел на меня, будто пытался разгадать произведение современного искусства. Наконец, он заговорил:

– Вижу, что ты одна из самых невероятных женщин, которых я когда-либо встречал. Ты вызываешь у меня желание стать лучше, Елена.

– Ух, ты, – ответила я. – А мне, полагаю, надо стать о себе более высокого мнения?

Он протянул руку и коснулся правой стороны моего лица, и, казалось, каждый кончик его пальцев посылал слабый электрический разряд. Я задумалась, осознает ли он насколько мощно его прикосновение, насколько силен этот животный магнетизм. Даже не совсем доверяя ему, я чувствовала теплую волну притяжения.

– Он сильно тебя ранил, – прошептал Барбаро.

Я не сказала ему, что Беннет не первый и не последний ранивший меня мужчина, или, что в моей жизни едва ли был мужчина, который этого не сделал. Или тех, кому этого пока не удалось сделать, я заблаговременно оттолкнула. Или, что он станет следующим членом этого клуба, если подойдет слишком близко.

– Все возвращается на круги своя, – откликнулась я. – Я твердо верю в возмездие.

Кончики его пальцев коснулись мягких волосков на моем затылке, и сквозь меня прошел холодок.

– Я могу заставить тебя позабыть его, Елена, – проговорил Барбаро голосом мягким и теплым, опуская голову, пока не наклонился достаточно близко для поцелуя.

– Уверена, ты мог бы заставить меня позабыть собственное имя, – отодвигаясь от него, ответила я, – но не сегодня.

Отходя от Барбаро, я практически чувствовала спиной его взгляд. А потом еще долгое время ощущала на своей коже его прикосновение.

Глава 50

– Сколько шума из-за этого звонка Эстесу, чтобы уведомить его в последнюю минуту, – заметил Вайс, подходя к входной двери маленького коттеджа Уокера: четыре сотни квадратных метров камня и мрамора, выглядевших так, словно их выкопали в Европе и установили в Южной Флориде, с садами и всем прочим.

Черный «таун-кар» Эдварда Эстеса въехал на подъездную дорожку, и адвокат вылез с заднего сиденья. «Выражение лица напряженное, натянутое и раздраженное», – подумал Лэндри. – «Хорошо».

– Черт, – выругался Лэндри. – Думал, он еще час назад прибудет, чтобы шампунем ковры почистить.

– Это безобразие, – гневно рявкнул Эстес на помощника окружного прокурора. – Губернатор об этом услышит.

– Уже услышал, мистер Эстес, – ответил Полсон. – Это детективы Лэндри и Вайс. Они проведут обыск.

Эстес проигнорировал копов и полез в бумаги, которые держал Полсон.

– Этот ордер юридически недействителен. Мне нужно позвонить судье Викмену, чтобы…

– У вас есть ключи от этого дома, или мы сами войдем? – спросил Лэндри, ничуть не впечатленный Эдвардом Эстесом и его отношением.

Лэндри вздернул брови и посмотрел на Вайса:

– Слышал? Кажется, мистер Эстес считает, что мы найдем здесь нечто, способное изобличить его клиента.

– Я не это сказал, детектив.

– Может, он знает то, что нам неизвестно, – предположил Вайс.

– Ага, – согласился Лэндри.