Беннет проехал в дальний конец стадиона, припарковал машину и вышел. «Жуткое место», – подумал он. Не так, как в старые времена, когда конюшни были полны, а место наэлектризовано энергией, сопутствующей международному поло высшего класса. Горели устаревшие уличные фонари, но от них было мало толку – ни освещения, ни безопасности. Ощущение города-призрака они развеять не могли.

Парнишка подъехал, припарковал машину позади Беннета и вылез.

Ни один из них не заметил третьей машины, остановившейся на обочине с выключенными фарами.

– Эй, приятель, – заговорил пацан слишком фамильярным тоном, словно обращался к сверстнику или даже другу. – Понимаю, ты не хочешь решать вопрос на виду у людей. Поверь, я не хочу усложнять для тебя это дело. Я оказываю услугу. Хочу, чтобы мои клиенты чувствовали себя комфортно.

Беннет вылупился на него.

– Ты о чем, мать твою, говоришь, тощий маленький засранец? Ты шантажист.

Парнишка вскинул руки и состроил страдальческую мину:

– Нет, нет, нет. Какое мерзкое слово. Это не совсем так. Ты выплачиваешь мне небольшое вознаграждение за кое-какую информацию, касающейся тебя. Это бизнес.

Такой человек как ты, если хочет вести определенный образ жизни, должен защищать свое имя… Думай обо мне как о личном помощнике.

– Я никак не хочу о тебе думать, – решительно заявил Беннет. – Давай с этим кончать.

Он поставил сумку на багажник принадлежащего парню автомобиля и расстегнул молнию.

– Двадцать пять тысяч. Я не собираюсь здесь торчать, пока ты будешь их пересчитывать.

– Клево, мистер Уокер, – обрадовался пацан. – Я не хочу вас подставлять.

Беннет обернулся и снова на него уставился. Невероятно. Что тут скажешь?

– Теперь я уверен, вы понимаете, что это покрывает только ночь субботы? – спросил парнишка.

– Что?

– Информацию, касающейся только той ночи, – пояснил тот. – Есть еще один момент, который мы не обсудили.

– Какой еще момент?

Лицо пацана вновь приняло страдальческое выражение.

– Ненавижу такое выкладывать. Действительно терпеть не могу. Однако в свете недавних событий…

Беннет шагнул к парню, возвышаясь над ним.

– О чем ты, черт возьми, говоришь?

Опять руки пацана поднялись вверх.

– Прошлый апрель. Конец сезона. Во время Суперкубка или как вы там его в поло называете.

– Открытый чемпионат штатов? И что?

– Ночь в «Игроках»… девушка… в вашей машине… – подсказывал парнишка. – Она была не очень счастлива…

Внутри у Беннета все похолодело. Фанатка, юная поклонница поло… она подошла к нему… она этого хотела… они вышли на улицу…

– Она плакала… – напомнил ему парень. – Вы сказали мне, что я ничего не видел.

Он заплатил девке десять штук, чтобы ее заткнуть. В клубе она буквально вешалась на него. Никто не поверил бы ей – без свидетеля, который мог подтвердить ее версию.

«Забавно», – думал Беннет. Тогда он мучительно соображал, что же делать дальше. Сейчас он просто действовал. Сунул руку в вещевой мешок, обхватил пальцами короткий ломик, вытащил и ударил Джеффа Черри со всей силой, вгоняя металл в череп.

Голова парня треснула как яйцо. Кровь и ошметки мозга разлетелись в стороны, но не в таком количестве, как ожидал Беннет. Один жесткий удар наотмашь, вот и все. Он даже не потрудился высвободить ломик и врезать еще раз.

Беннет отступил и просто стоял и смотрел, как пацан замертво упал на колени и завалился назад.

Как все просто.