* * *

— Хей, — услышал я за спиной знакомый голос, сев в Хогвартс-экспресс. — Ты с вокзала далеко поедешь?

Стоун плюхнулась на сиденье напротив.

Я покачал головой. До дома мне от вокзала было рукой подать, другое дело, что мне туда вовсе не хотелось.

— А ты?

— Ну… — Стоун посмотрела в окно, улыбнулась и произнесла: — Пару дней побуду у бабушки, а то она причитать будет. А потом поеду за предками.

— Не понял… А где они?

— А черт их знает, — честно ответила она. — Теоретически — должны быть где-то в Уэльсе, но не угадаешь, куда именно их понесло. Да ладно, найдутся как-нибудь.

— Опять не понял, — сказал я.

Стоун посмотрела на меня, потом выудила из-за воротника какой-то значок на цепочке. Больше всего эмблема напоминала птичью лапку, вписанную в круг.

— Не видел такого?

Я помотал головой.

— Ну ты даешь… Это «пацифик», символ мира, — серьезно произнесла она. — О хиппи ты тоже не знаешь, я подозреваю?

Я вынужденно признал, что если и слышал что-то, то не запомнил.

— Бог мой, ты что, даже «Битлз» никогда не слышал? — поразилась Стоун. — Ну напряги извилины, вспомни — «все, что тебе нужно, это любовь»! Британец, чтоб тебя!

— А, так вот что ты постоянно насвистываешь! — осенило меня. — Я же чувствую, что-то знакомое, только у меня слуха нет, да и музыкой я не интересуюсь… Так родители-то твои где?

— Да говорю, не знаю. Мама у меня американка, — сказала Стоун, поигрывая «пацификом», — они с папой познакомились на каком-то фестивале, тогда движение только начиналось. Мама и решила остаться тут, двигать это дело в массы. В процессе как-то незаметно родилась я, а предки так и колесят по Британии на своем фургоне с кучей приятелей… Нет, со временем меня пришлось отдать бабушке, чтоб я в школу ходила, но летом я всегда была с ними! И знаешь, — хихикнула она, — хоть они все того… я все равно знала больше любой первоклашки. Читать, писать и считать я так уж точно умела, а вот за цитаты из кое-каких писателей меня чуть из школы не выперли, ну и бабушка все норовит изгнать из меня бесов.

— А как ты намерена искать родителей? — спросил я.

— Я примерно знаю, куда они отправились, туда и рвану. А там расспрошу, их трудно не заметить.

— Но как?..

— Автостопом, — покосилась она на меня. — Дел-то куча. Я как-то раз всю Ирландию этак проехала.

— Погоди… — я почесал в затылке, — но тебе всего пятнадцать!

— Уже шестнадцать.

— Ну это сейчас, а прежде? Неужели не страшно было?

— Не-а, — беззаботно ответила Стоун. — Это прикольно. Главное, знать, кого тормозить. Лучше всего на дальнобойщиках ездить: они в курсе, где срезать, всегда подскажут, что да как, еще и накормят. Попадались пару раз озабоченные, ну так у меня руки не пустые, да и колдовать я рано научилась. А как аппарации выучусь, так вообще лафа настанет…

Я помолчал.

— Кэнди, — я впервые назвал ее по имени, — а тебя за волшебство наказывали?

— Кто? — изумилась она.

— Родители.

— Ох, Северус, — она скинула туфли и забралась на скамейку с ногами. — Видишь ли, в нашем фургоне трезвым — и то не всегда — бывает только водитель.