Хэтоб села, дожидаясь высказываний собравшихся. С места поднялся Данур.

– Вы хорошо знаете наши законы, – начал он. – Не думаете ли вы, что их устанавливали люди глупые и недальновидные? Запрет на общение с людьми сверху появился не на пустом месте. Они неуловимы на своих просторах, а нам некуда уходить, если они нападут на нас. Подумайте об этом!

– Но почему он считает, что мы обязательно нападем на вас? – спросил Шемма у Пантура. – Неужели я похож на грабителя?

– Этот закон появился потому, что наши предки знали только уттаков, – ответил тот. – Я не позволю Дануру играть на наших старых предрассудках. Ученый встал и вышел на площадку. – Не пугай нас, Данур, – сказал он. – Среди нас есть человек сверху, каждый может поговорить с ним. Ни он, ни его односельчане вовсе не кровожадны. Они, как и мы, хотят спокойной и мирной жизни. А нам всем нужно помнить, что Оранжевый шар – творение людей сверху. Нам нужна дружба с ними. У них может найтись многое, что улучшит нашу жизнь и облегчит наш труд.

– Там, наверху, сейчас война, – выступил советник. – Мы мирно живем под землей, где так мало места, а они не могут поделить своих обширных пространств. Разве это не указывает, что они опасны? Открываться им – это идти навстречу собственной гибели.

– Да, там есть человек, который повел уттаков на своих же ближних.

– Ученый, как и советник, обращался к залу. – Но вы не думайте, что эта война нас не касается. Если он победит, уттаки вновь заполонят остров, и наступит день, когда они выследят и нас. Это еще один довод в пользу союза с, людьми сверху. Те, кто помогает друг другу, становятся сильнее.

Зал зашумел, обсуждая необычную проблему.

– Дайте мне высказаться, – поднялся Масур. – Я разговаривал с человеком сверху. Он хороший, добрый парень. Он угощал нас хлебом – мы ничего не пробовали вкуснее, а он утверждает, что это самая обычная пища. Если мы могли бы обменивать свои изделия на хлеб, мы не боялись бы недорода на плантациях.

– Нарушать закон – дурной пример для жителей Лура, – выступил его сосед, глава Двенадцатой общины. – Если можно нарушить один закон, значит, можно нарушить и другой. Когда люди перестанут уважать законы, порядок и достаток сменятся грязью и нищетой. На щепотку выгоды добавится пригоршня убытков.

– Наши люди трудолюбивы и прилежны, – возразил ему глава Восьмой общины. – Не нужно думать о них хуже, чем они заслуживают. Они тяжело работают, чтобы быть сытыми и одетыми, и только, а теперь у них не будет даже этого. Вы говорите, что случится беда, а она уже случилась. Недоедают взрослые, а пройдет еще два новолуния – будут голодать и дети. Вот о чем нужно помнить в первую очередь.

Владычица не останавливала расшумевшееся собрание. Лишь заметив, что разговоры свелись к повторениям, она поднялась с места. Все замолчали.

– Я выслушала вас, – сказала она. – Мои намерения не изменились.

Сейчас я прошу вас подумать и выразить свое решение. Пусть те, кто согласен с Дануром, перейдут на правую сторону зала, а те, кто поддерживает меня, – налево.

После некоторого замешательства главы общин разошлись на две группы. Шемма и Пантур, не будучи членами совета, остались сидеть на своих местах.

– Пантур, посчитай, сколько людей в каждой группе, – попросила его владычица.

– На каждой стороне по семь человек, великая, – ответил ученый. – Мнения разошлись поровну.

– Как же теперь? – тихо спросил его Шемма.

– Владычица является главой Первой общины, – так же тихо ответил Пантур, – поэтому предпочтение отдается ей.