Магистр вынул из-за пазухи ларец и поставил на стол.

— Наконец-то я от него избавлюсь, — сказал он Дессе. — Трое суток не расставался с ним ни днем, ни ночью. Ларец открывается по магическому слову, в нем письмо и драгоценности.

Десса повторила за Магистром ключевое слово и приложила палец к замку. Ларец открылся. Глаза Дессы радостно блеснули при виде содержимого. Правительница внимательно прочитала письмо, затем погрузила пальцы в драгоценности, прикидывая стоимость.

— Как он щедр, этот Норрен! — произнесла она, но вдруг спохватилась. — Это подарок или в долг?

— Подарок, — успокоил ее Магистр. — Это драгоценности Равенора, он дал их Норрену на военные нужды. Вы знаете Равенора?

— Да, — блеснула глазами Десса. — Я ведь родилась в Цитионе. Я из рода Аллерна, это не последний род на Келаде.

— Один из первых, — подтвердил Магистр.

— Я не просила бы помощи у Норрена, если бы не оказалась в безвыходном положении, — сказала ему Десса. — Я не стала писать о причинах, бумага ненадежна. Норрен доверяет вам, я сделаю то же самое. Я прошу вас передать ему мои слова, и надеюсь на вашу скромность.

— Можете не сомневаться в нас, ваше величество, — заверил ее Магистр.

— У меня было достаточно денег на военные расходы, — начала рассказывать Десса. — Был собран дополнительный налог и пожертвования, но эти деньги были украдены у меня из шкафа. Я не знаю, кого мне подозревать — министров или слуг. Вор до сих пор не найден. Собирать новый налог или отбирать нужные товары бесплатно — это погубит меня как правительницу. Меня и так не любят здесь, поэтому я решилась обратиться за помощью в Цитион. Передайте Норрену, что он спас мое доброе имя правительницы. Скажите, что я бесконечно благодарна ему.

— Скорее всего, у вас эта возможность появится раньше, чем у меня, — ответил Магистр. — Наш путь лежит в Келангу, а не назад в Цитион.

— Разве вы не гонец Норрена?

— Он попросил меня оказать ему любезность и завезти сюда ларец.

— Ах да, вы магистр ордена Грифона, — вспомнила Десса. — Я распорядилась накрыть обед на троих в угловой столовой. Вы расскажете мне, как идут дела у Норрена. Нам лучше вести войну совместно, а не выступать поодиночке.

— Совершенно с вами согласен.

Десса открыла потайной шкаф в стене и уложила туда ларец.

— Простите, ваше величество, — встревожился Магистр. — Деньги пропали из этого шкафа?

— Нет. Я понимаю, что вы имеете в виду, — ответила Десса, закрывая шкаф. — Тот был у меня в спальне, и не был потайным. Он запирался на ключ, который был только У меня. Но ключ был подделан.

Десса повела друзей по коридорам дворца.

— Обычно я обедаю с сыном в главной столовой, — поясняла она на ходу. — Но сегодня мне хочется иметь возможность говорить свободно. Я так давно не слышала правильной речи! Этот ужасный босханский диалект — мне кажется, что скоро я тоже начну гнусавить, как местные жители.

Угловая столовая оказалась светлой и уютной комнатой, обставленной мебелью из светлого дерева, со стенами, обитыми кремовой тканью с вышитыми на ней редкими букетами цветов. Слуга стоял навытяжку у накрытого стола, ожидая распоряжений.

— Это одна из комнат, переделанных по моему вкусу, — Десса обвела комнату рукой, затем обратилась к слуге. — Принесите мяса собаке.

Слуга вышел. Десса села в свое кресло, указав на место справа от себя Магистру, слева — Альмарену.