Витри пришел на сборище последним. Здесь уже был и кузнец Тумма со своим многочисленным семейством, и мельник Денри, первый на селе богач. Отдельной группой стояли девушки, перешептываясь и хихикая, и среди них Лайя. Рядом с ними стоял табунщик Шемма, большой и плотный, и громко хохотал, уперев кулаки в круглые бока. «Смеется собственным шуткам», — хмуро подумал Витри. Дети, как всегда, лазили между взрослыми, безобразничали и гонялись друг за другом.

Вскоре к людям вышел колдун, маленький добродушный старичок. Его лицо, обычно круглое и довольное, выражало озабоченность и беспокойство.

— Друзья мои! — обратился он к собравшимся. — Случилось большое несчастье. Алтарь потерял силу, — он покачал головой, как бы сокрушаясь и сочувствуя самому себе. — Пока меня не было, что-то случилось с нашим алтарем. Уже третий день я не могу вызвать дождя. Если к алтарю не вернется сила, урожай может погибнуть, и нас ждет голодная зима. — Колдун сделал паузу, чтобы все прочувствовали размер свалившегося на них бедствия, затем продолжил: — Я уже стар и мне тяжело разъезжать по острову. Я только что вернулся из дальнего путешествия и у меня нет сил отправляться в новое. Пусть кто-нибудь из вас поедет в Цитион, отыщет там магов и узнает, как исправить несчастье. Отправиться нужно завтра же. Кто согласен поехать и помочь селу?

В толпе установилось молчание, сменившееся тихим перешептыванием. Никто не хотел бросить дела, хозяйство, сорваться с места и уехать неизвестно куда и надолго ли, может быть, на целый месяц. Наконец, раздался чей-то голос.

— Может, Тумма, кузнец? Он сильный мужик.

Кузнец сердито обернулся на сказавшего.

— Куда я их всех оставлю! Вон у меня их сколько!

— Тогда Шемма, — не унимался голос. — Он у нас молодец!

Шемма растаял, как блин, и выпятил грудь вперед.

— А что? И поеду, — громко заявил он. — А кто коней пасти будет?

— Найдем, найдем! — загалдели в толпе.

— Найдете? — табунщик, считавший себя незаменимым, заволновался.

— Найдем. Поезжай, Шемма. Коня дадим и денег.

— Конь у меня свой есть. — Шемма уже жалел, что поторопился. — А чего это я один поеду? Дорога дальняя, мало ли что! Мне помощник нужен.

Витри успел позавидовать табунщику, его престижу и храбрости. Он представил, как Шемма проедется до Цитиона и через две недели вернется героем и путешественником. Лайя и сейчас не хочет глядеть на Витри, а тогда и совсем не захочет. И он решился.

— Я, я поеду! — выкрикнул он.

Все глаза обратились на него, и он почувствовал себя неловко. Но кто-то уже хлопнул его по плечу.

— Давай, парень… Все, что нужно, соберем, не сомневайся.

Они с Шеммой подошли к колдуну, окруженные толпой любопытных и сочувствующих.

Колдун обратился к толпе:

— Нужна еда, деньги и снаряжение. Принесите, кто что может.

— У меня нет коня, — напомнил колдуну Витри.

— Еще нужен конь. Кто может дать на время коня? — слова колдуна повисли в воздухе без ответа. Мельник Денри, видя, что все молчат, наконец, сказал:

— Ладно. Я дам. Есть у меня кобыла.

— Завтра с утра приведешь ее к Витри, — распорядился колдун. — Как прибудете в Цитион, поселитесь в гостинице на главной площади, — заговорил он, обняв обоих парней за плечи.