Но не успел ученый воспользоваться этой возможностью, как в тупик вбежали преследователи. Двое крепко вцепились в Пантура, не отпуская его, хотя тот и не думал вырываться.

— Где чужаки?! — налетел на него предводитель.

Пантур молча пожал плечами.

— Туда они ушли, туда! — закричал один из монтарвов, указывая на дыру.

Все, кроме двоих, державших Пантура, кинулись к отверстию, но оно оказалось узким для ширококостных, широкогрудых монтарвов.

— Без кирки здесь не пролезешь, — заключил старший. — Скажем Дануру, пусть сам решает, что делать. А этого — с собой!

Пантура повели обратно, но не в Первую общину, а в Седьмую — родную общину Данура. Ученого довели до двери, где уже стояла стража, впихнули внутрь. Оказавшись посреди комнаты, Пантур увидел сидевшего в ней пленника, или точнее, пленницу. Это была Хэтоб.

Данур командовал своими сторонниками, вполне проявляя те качества, за которые он когда-то был выбран советником. Он беспрепятственно занял наружные выходы и взял под стражу владычицу. Ее сторонники, никогда не знавшие ничего подобного, почти не сопротивлялись. Представив монтарвам допуск чужаков в Лур, как ошибку Хэтоб, повлекшую нападение уттаков, он все-таки затеял переговоры с Каморрой. Нельзя сказать, чтобы хозяин уттаков нравился Дануру больше, чем гостившие в Луре маги — ему были одинаково противны все люди сверху, — но бывший советник надеялся отыскать возможность избавиться и от тех, и от других, а заодно вернуть себе власть и влияние в Луре.

Так как Данур не мог рассчитывать на прежнее положение при Хэтоб, у него естественным образом возникла мысль поставить владычицей другую женщину — свою дочь, и стать при ней советником, то есть фактическим правителем монтарвов. Поэтому он приказал отыскать и доставить корону владычицы. Ему принесли золотой обруч, найденный в стенной нише спальни Хэтоб, но символа власти, Желтого камня, в короне не оказалось.

— Где символ власти? — нахмурился Данур, откладывая в сторону бесполезный обруч.

— Мы не знаем, в короне не было камня.

— Допросите Хэтоб, обыщите ее! Камень должен найтись!

Эта неудача не обескуражила Данура. Он не сомневался, что символ власти спрятан недалеко и вскоре найдется. Но, когда другая группа монтарвов, посланная, чтобы схватить чужаков, сообщила, что тем удалось скрыться в подземных переходах Фаура, Данур занервничал. Близился вечер, время встречи с Каморрой, на которой было договорено выдать чужаков магу.

Каморру, разбуженного среди ночи посланниками Данура, позабавило, какие горячие события были вызваны его появлением в подземном городе. Почуяв собственную выгоду в чужой склоке, он охотно принял сторону Данура и согласился в случае надобности поддержать претендента на местную власть. Он легко договорился о выдаче Красного камня и назначил встречу на стыке людского утра и монтарвского вечера.

Когда Каморра явился на встречу, переворот, должно быть, уже состоялся. Зачинщик переворота дожидался его у входа.

— Это вы посылали гонцов? — уточнил Каморра. — Вы — тот самый Данур?

— Я, — монтарв не торопился начать беседу. Создавалось впечатление, будто он не знает, что сказать.

— Ваши люди уверяли меня, что вы отдадите мне Красный камень, — перешел к делу маг. — В обмен я пообещал свое расположение и помощь. Я пришел, как договаривались, но не чувствую здесь Красного камня. Значит, вы хотите, чтобы сначала я что-то для вас сделал. Что именно?

— Дело в том… — замялся Данур. — Дело в том… они сбежали.

— Если вы мне врете, то знайте, что мне еще никто не врал безнаказанно! — вспылил маг.