Наступила пауза. Хотя взгляд Равенора был направлен на Витри, чувствовалось, что маг не видит лоанца, сосредоточившись на каких-то одному ему известных образах.

— Я ничего не могу сделать, — неожиданно сказал маг. — Ваш алтарь — это только начало. Пока Белый алтарь у Каморры, никто на острове не может быть в безопасности. Чтобы помочь селу, идите на Оранжевый алтарь и передайте мои слова Шантору, магистру ордена Саламандры. Если черные жрецы храма Мороб сумеют защитить свой алтарь, то защитят и ваш.

Равенор взял со стола колокольчик и позвонил. Из-за двери тут же появился слуга.

— Проводите их, — маг указал на лоанцев и повернулся к столу.

Когда Витри и Шемма вышли из ворот дворца, Цитион показался им потускневшим и будничным. Шемма глубоко вздохнул, словно просыпаясь.

— Сказка… — ошалело пробормотал табунщик. — А что он говорил, Витри?

— Так ты ничего не понял? — уставился на него Витри. — Идем к Тифену, а там слушай внимательно, пока я буду рассказывать.

Витри показалось, что в доме Тифена их ждали. Слуга без доклада провел их прямо к купцу, заполнявшему учетные тетради у себя в кабинете. Тифен отложил дела и предложил лоанцам сесть.

— Вам удалось попасть к Равенору? — спросил он.

— Да, — сказал Витри. Визит к Равенору окончательно отбил у него сельскую привычку говорить неточно и не по делу.

— Он помог вам?

— И да, и нет. Равенор не может вернуть силу алтарю, но назвал причину ее потери.

— Какая это причина?

— Каморра. И Белый алтарь, с которого он насылает магию.

Лицо Тифена стало серьезным.

— Ваши беды — это беды всего острова, мальчики, — сказал купец. — В одиночку вам их не преодолеть. Равенор посоветовал что-нибудь?

— Нам нужно идти на Оранжевый алтарь и рассказать все магам Саламандры. Он надеется, что они сумеют защитить алтари.

— Вы пойдете туда?

— Пойдем.

— Конечно, пойдем! — вмешался Шемма. — Зря я, что ли, своего Буцека продал!

— Вы — отважные ребята, — это было не совсем то, что хотел выразить купец, но он не мог подобрать нужного слова. Может быть, и к лучшему, потому что слова Тифена подействовали на Шемму, как вода на растение в жаркий день. Табунщик расправился и расцвел, широко улыбаясь.

— Мы не какие нибудь трусы, ваша милость! Этот Каморра еще пожалеет, что связался с нами!

И Тифен, и Витри с большим трудом удержались от улыбки.

— А насчет коня — это поправимо, — продолжал Тифен. — Я дам вам денег. Вы выкупите своего коня или купите нового. — Он открыл ключом ящик и вынул мешочек с деньгами.

— Нам некогда искать Буцека или ждать базарного дня, — сказал Витри. — Мы выйдем завтра же. Буцека мы отыщем на обратном пути, — добавил он встрепенувшемуся Шемме.

— Ну, вам виднее, как действовать, ребята. А деньги возьмите. — Тифен отдал мешочек Витри. — Счастливого вам пути!

К полудню Магистр и Альмарен заметили впереди всадника, погонявшего лошадь хлыстом. Приблизившись, они узнали тучную спину Мальдека. Мальдек оглянулся назад и увидел своих преследователей. Не надеясь уйти от них, он повернул лошадь навстречу, вынул меч и стал ждать. Он слишком дорожил своей жизнью, чтобы расстаться с ней без сопротивления.