— Да, тогда было именно полнолуние… — припомнил Магистр. — Вы нам уже помогли, Тифен. Что им посоветовал Равенор?

— Равенор предложил им обратиться к магам Оранжевого алтаря. Он считает, что на алтарь влияет магия Каморры, и надеется, что черные жрецы найдут способ противостоять этой магии.

— Ну, посмотрим, что он скажет нам, — покачал головой Магистр. — Что нового в городе? Готовятся к войне, полагаю?

— Да, — кивнул Тифен. — Начали строить новую стену вокруг города, вы заметили? Шантор заезжал к правителю, месяца полтора назад. После его отъезда Норрен собирал деньги на военные нужды. Он попросил меня отправиться на Зеленый алтарь и скупить там все луки Феникса, готовые к продаже. На днях я привез их и отправил во дворец. Последних новостей не знаю — не прошло и недели, как я вернулся.

— А как дела в Келанге, на алтарях?

— Мне показалось, что там власти беспечнее, чем в Цитионе. Шантор просил Берсерена помочь храму войском, но тот отказал. При самом храме нет войск, он не может сопротивляться уттакам.

— Не думал, что Берсерен так недальновиден, — нахмурился Магистр. — Это может дорого обойтись не только ему. Если еще и в Босхане зевают, враг быстро дойдет до Цитиона. Боюсь, тогда и Донкар не успеет подвести сюда войска.

— Если Каморра захватит Босхан, его уже не остановить, — заметил Тифен.

— Я не хотел говорить, но так оно и есть, — согласился с ним Магистр. — Основные события разыграются у стен Босхана.

На следующее утро друзья вышли в город. Магистр заглянул в гостиницу Тоссена спросить, не появлялся ли там Мальдек. Убедившись, что каянского мага в гостинице не было, Магистр предложил Альмарену прогуляться до дворца Равенора.

У ворот дворца их встретили ничуть не приветливее, чем лоанцев. Магистр постучал в окошко и вскоре имел удовольствие увидеть в нем длинную физиономию привратника.

— Открой-ка, любезный, — сказал ему Магистр. — И доложи обо мне хозяину. Мне нужно встретиться с ним.

— С его светлостью, вы хотите сказать? — сухо поправил его слуга.

Магистр хмыкнул.

— Ну, если тебе так больше нравится, тогда скажу, что у моей светлости есть дело к его светлости.

— Простите, о ком я должен доложить его светлости? — осведомился слуга.

— Передай, что магистр ордена Грифона желает разговаривать с ним.

— О каком деле вы желаете с ним разговаривать?

— Ты слишком любопытен, любезный. Мое дело касается меня и Равенора, но уж никак не его слуги.

— Здесь такой порядок, — веско сказал слуга. — Я обязан узнать дело, по которому пришли, и доложить о нем его светлости. Завтра после полудня я вам сообщу, желает ли его светлость с вами разговаривать.

— У меня срочное и важное дело, — нетерпеливо сказал Магистр.

— Я не помню случая, чтобы кто-то сказал, что его дело несрочное и неважное, — хладнокровно произнес слуга. — Вам придется подчиниться здешнему порядку. Месяц назад к его светлости приходил гонец от правителя, но и он был вынужден дождаться следующего дня. Говорите о вашем деле и приходите завтра.

— Мое дело касается магии, — сказал Магистр, подумав про себя, что легче было бы договориться с самим Равенором, чем с его неуступчивым слугой. — Я скорее обойдусь без встречи с твоим хозяином, чем буду болтать о своих делах направо и налево. Можешь так ему и передать.

— Непременно передам. Вы будете один? — спросил привратник, покосившись на Альмарена.