Друид не просто заключил лешего в клетку, а создал вокруг него еще невидимый купол, чтобы тот не сбежал. Вопросов к пленнику стало больше, да и наказать за дерзость требовалось примерно, дабы другим неповадно было. Клетка, купол, спереди сам друид на троне, сзади болото. Агакающий колдун считал, что узнику некуда деться, даже если он сумеет выбраться из клетки и порушить купол. Не побежит же он в топь, ведь лесные всегда не ладили с болотными.

– Ежели я – тля никчемная, то на кой эта клетка? Видать, страху я на тебя нагнал нешутейного. А по виду и не скажешь, что ты из пужливых будешь, – продолжил злить чужака леший.

– Ага, значится, заговорить меня вздумал. Меня пужливым обозвать токмо безмозглая тля и способна. Клетка надобна лишь для того, чтобы ты по неразумению сбежать не вздумал. Не то кинешься в болото и потонешь раньше, чем мне надобно.

Угроза была высказана недвусмысленно. Казалось, это должно вразумить хозяина лесных угодий, но тот и не думал останавливаться.

– В болото я посылаю чужаков наглых, вознамерившихся чужие труды себе присвоить. Сходи-ка сам ополоснись в жиже, глядишь – разум и прояснится.

– Ага, вижу, мозгов у тебя и вовсе нет. Что ж, придется по-иному поступать. – Друид взмахнул рукой, и внутри клетки появились корни. Они обвили лешего и принялись его сдавливать. – Ежели не хочешь обратиться сухим древом, внимай.

Старик хотел сразу разорвать путы, поскольку ощущал, что сил на это пока еще хватает, однако взгляд на небо заставил отказаться от задумки. Над ними на большой высоте парил знакомый сокол, служивший глазами кикиморы, а это означало – его хозяйка где-то рядом. Леший оглянулся на болото и почувствовал, что подруга готова действовать и только ждет сигнала.

– Ага, вижу, теперь ты готов меня выслушать. Надо было, значится, сразу тебя спеленать. Тогда отвечай, как мне отыскать того садовника, кто умудрился дуб-ведун вырастить? У меня для него работенка имеется.

– Он на таких, как ты, не горбатится, друид.

– Ага, многие так думают поначалу. Но то не твоя забота, тля. Мне отказывать нельзя. Али ты еще не проникся?

– Зря ты пришел на мои земли, друид. Я хотел с тобой мирно разойтись, но мой приятель не из таковых. Он тебя найдет, где бы ты ни прятался, и самого в корягу обратит, вот тогда мы и посмотрим, кто из нас тля.

Леший обратился к силе и вложил в разрушительное заклятие абсолютно всю имевшуюся энергию. Путы разорвало, клетку проломило в нескольких местах, а защитный купол порвало в лоскуты.

– Ага, значится, тля взбрыкнуть вознамерилась, – заулыбался волшебник, собираясь воспользоваться новыми чарами.

Однако его неожиданно накрыло огромной волной болотной жижи. Когда грязь стекла с лица, он увидел убегавшего по болоту лешего.

Друид быстро сплел огромный шар-ловушку и метнул его в убегавшего, но на пути опять вздыбилась волна грязи, а сфера лопнула, не достигнув цели.

– Ага! Значится, недооценил я проворность этой тли. Она еще с кикиморой в ладах и по болоту прыгать умеет? Но ничего, доберусь и до топей, чую – где-то в них имеется нечто весьма полезное для меня. Пока же надо с деревцами закончить.

Волшебник хлопнул в ладоши, и трон втянулся в землю, оставив его стоять на траве в нескольких шагах от края болота. Он подошел к воде и опустил туда руку. Быстро выдернул назад, и на лице снова появилась кривая ухмылка.

– Ага, значится, во владениях здешней кикиморы еще один источник имеется! Видать, мне тут подольше задержаться придется, такими подарками пренебрегать негоже. Опять же садовника отыскать следует.