«Готово… Теперь тебе нужно только пожелать, воззвать к имени его величества Вельзевула, и три раза, — только три, понял? Умеешь считать? — Т-р-и раза я услышу твою мольбу, даже если буду находиться в спячке, и, так и быть, приду на помощь. Но делать это я разрешаю тебе только в самом крайнем случае, если случится что-нибудь действительно важное. Запомнил? Или если ты найдёшь ещё один похожий артефакт».

— Да, мастер! А сейчас вы снова отправитесь в спячку? — в голосе юноши появилась горечь.

«Сейчас — да. Всё. Разрешаю тебе вернуться к своей хозяйке…»

— Она не…

Александр вернулся в чёрное пространство и потянулся. Затем закрыл глаза и попробовал прочувствовать крупицу своей веры внутри Волчонка. Последняя была очень полезна. Не раз и не два Александр упускал важные происшествия потому, что занимался другими делами. Ничего не поделаешь. Он всегда страдал некоторой нерасторопностью. Несколько раз на протяжении своей жизни он пропускал важные электронные сообщения до тех пор, пока не поставил расширение браузера, которое сообщало ему о последних сразу в момент прибытия. Вера работала похожим образом. Если Волчонок найдёт что-нибудь важное, он всегда сможет связаться с Александром.

После этого он поставил похожую метку на Матвее, который в это время лежал в своей колыбельке возле окна, на прохладных и мягких покрывалах, и тянул ручки к сверкающим игрушкам, которые покачивались в порывах прохладного морского ветра, и с чистой совестью запустил промотку времени, а потом — временную шкалу.

Какой же период ему выбрать в этот раз?

Следующей занимательной развилкой в тетрадке Александра значился момент, когда великий диктатор Таран погиб, сражённый Дочерью Волка. Но теперь любая альтернатива данному развитию событий казалась рудиментарной на фоне реальности, в которой Нирон и Дочь Волка создали дуалистичную империю. К тому же следовало подобрать тот промежуток времени, в котором уже оформился храм Великого Белого Духа. Чем более организованной была вера, тем проще ему будет ею управлять.

Александр немного подумал и промотал время до момента, когда на границе восточного леса впервые появилась армия монстров с перламутровыми глазами. Тогда он замедлил промотку и стал следить за ходом боевых действий. Прогремело первое сражения, затем второе, затем третье. Шествие монстров было неумолимо. Наконец эльфы встретили их на берегах великой реки, и вскоре последняя стала красной.

Александр подгадал момент, облачился в аватар и засел внутри каменного храма, перед алтарём которого молилась девушка в белоснежной робе. Через пару минут к ней присоединился молодой эльф с длинными фиолетовыми волосами, уставший, бледный, облачённый в железный доспех. Вдруг они оба посмотрели на землю. На ней появился узор — карта всего мира. Александр приподнял руку, карта исчезла, а затем на смену ей пришла другая, в несколько раз больше, изображавшая великий южный континент. Его побережье вспыхнуло белоснежным светом, и карта растворилась.

Готово…

Александр вернулся в чёрное пространство.

В этой реальности Белая Птица не указала эльфам на место, где находится главная база противника, но сразу показала им путь спасения — девственный южный материк.

Было несколько причин, почему Александр решил развивать именно эту альтернативную линию. Во-первых, потому что опытным путём было доказано и не раз, что наибольшего расцвета сила веры обретает именно в самые суровые времена. Когда идут войны и проливается кровь. Данную теорию подкреплял график, который показывал, что наиболее пылкая вера пылала в эльфийских сердцах во времена противостояния Маргулам и немного после, до второго великого исхода включительно, когда эльфийский народ терзали голод и чума. В то же время, когда они освоились на новом континенте, и наступила эпоха процветания, среди них напротив стало процветать декадентство, и, словно чума, распространились всевозможные культы.