Радовало, что внутри хотя бы было сухо и почти не воняло нечистотами. Даже человеческий запах улавливался. Наверное, он и привлёк мертвецов. Я шёл, ориентируясь на этот запах. Пару раз прошёл развилки, затем дорога пошла с уклоном вниз. Шёл я минут пять, пока не добрался до двери. Она была немного выше основного тоннеля. Это возвышение со ступеньками не позволяло сточным водам, когда канализация работала, попасть внутрь помещения.

Дверь оказалась запертой. Ломать её не хотелось. Да и выполнена она была из металла, а без когтей я ей ничего не сделаю.

Связаться со Шварцем по рации я тоже не мог, так как оставил её Еве. Пришлось минут пять тарабанить, пока внутри не послышался тихий голос.

— Артём, это ты? — прошептал тот.

— Да, ответил я тоже шёпотом.

— Почему ты рацию отдал? Я уже думал, что тебя убили…

— Пришлось отдать.

— Я оставил её для связи с тобой, а не твоими друзьями, — продолжал ворчать док.

— Может, впустишь меня или мне вынести эту дверь? — потерял я терпение.

Послышался шорох механизмов и через несколько секунд дверь открылась.

Передо мной висела штора из клеёнки, с вертикальным разрезом во весь мой рост. Я раздвинул её и шагнул внутрь. Оказался в небольшом помещении, полностью обшитом такой же клеёнкой. Помещение освещалось светодиодной лампочкой, не очень яркой, но этого достаточно. Где-то в дальней части его убежища тарахтел бензиновый генератор.

Шварц стоял в своём защитном костюме и противогазе, однако зелёного тумана в помещении практически не было. Но он активно валил внутрь из канализации.

Док принялся спешно закрывать дверь. После чего поправил изоляцию комнаты и нажал кнопку на стене. Загудела вытяжка, а весь туман за несколько секунд унесло в потолок.

— Смени верхнюю одежду, — буркнул он, начав снимать свой защитный костюм.

Мне док предложил что-то вроде медицинского халата, домашние тапки и бахилы. Я спорить не стал.

— Ева в порядке? Ты связался с ней.

— Да-да, я хотел убедиться, что это ты стучишь в дверь. Зачем ты отдал рацию?

— Чтоб поддерживать с ней связь, когда приду к тебе.

— Ясно… — недовольно проворчал он.

— Как ты воздух тут очищаешь? — не сдержал я любопытства.

— Сделал фильтр на базе промышленного. Только диффузор пришлось делать с нуля и расщеплять этот яд, что в тумане не так-то просто — нужны угольные фильтры, песок, водоросли или мох и немного химии.

— Ничего не понятно, но очень интересно…

Когда я закончил переодеваться, а Шварц скинул свой ОЗК, мы прошли через перегородку из клеёнки и оказались в помещении побольше. Внутри было на удивление чисто. Старый бетонный пол некогда технического помещения был вымыт, а стены и вовсе покрашены, очевидно, недавно. Потолок был наспех замазан шпатлёвкой или раствором и также покрашен. Слой краски всюду был большим, скорее всего, их там несколько. Комната выглядела герметичной. Ни одной трещинки нигде нет.

Видимо, док так защищается от ядовитого тумана. И у него это неплохо получается.

Возле насосного оборудования и вентилей стояли самодельные верстаки и стеллажи, заставленные различными стаканами, пузырьками, пробирками. На столах было непонятное мне оборудование, хотя в некотором было что-то знакомое. Один прибор напоминал микроскоп, с дополнительной ультрафиолетовой подсветкой. Я хотел было посмотреть в линзы микроскопа, но док тут же меня остановил:

— Ничего не трогай! — возбуждённо произнёс он.

— Какие у тебя новости? — перешёл я к делу.

— Ох, новостей много… Даже не знаю, с чего начать.

— Начни с вакцины. Я хочу стать человеком или хотя бы проверить, возможно ли это.

— Погоди, сначала выслушай, что я узнал.