Раэни повернулась и кивнула Доннелу.

— Я глубоко ценю, что ты дал мне безопасную гавань, Доннел, но ты всегда позволял членам Сопротивления свободно уходить и, я уверена, не станешь возражать, если сейчас я вернусь к своим людям.

Доннел растерянно махнул ей в знак согласия и ушел за наш стол. Когда мы все расселись, он, подняв брови, посмотрел на Мачико.

— Ты это предвидел, Мак? Я точно нет. Я думал, это Бродяга старается перехватить лидерство у Майора, но получается, все это время действовала Раэни.

Мачико потрясенно засмеялся.

— Я тоже пришел к неверным заключениям. Мы оба жалели бедняжку Раэни, изгнанную Майором только из-за близости с Бродягой. На самом деле, сочувствовать следовало ему. Майор давил на Раэни, подвергая наказанию ее парня.

Я вспомнила, как Бродягу тащили к позорному столбу. Раэни странным тоном позвала его по имени, а он покачал головой в ответ. Она спрашивала, не стоит ли уступить Майору, и Бродяга ответил, что нет.

Доннел резко уткнулся лицом в ладони. Я встревоженно посмотрела на него.

— Что случилось?

Он вновь поднял голову.

— Ничего, — проговорил отец дрожащим голосом. — Абсолютно ничего плохого. У меня просто запоздалая реакция.

Мачико улыбнулся другу.

— Ты говорил мне, что никогда не сможешь убедить их уйти с нами, Шон, но в итоге, тебе это удалось.

— Я никого не убедил, — возразил Доннел. — Лед и Призрак не нуждались в убеждении. Блейз уговорила Блока, и странная удача, приведшая к пожару, помогла Квинсу сбросить Майора.

— Дело не в удаче, — заметил Тэд.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Доннел.

Я повернулась и посмотрела на Тэда.

— Он имеет в виду, что сам устроил пожар. Я как раз думала, что он неестественно молчалив за ужином.

Доннел потрясенно взглянул на Тэда.

— Ты поджег Ньюарк? Хаос тебя побери, Тэд!

— Я был очень осторожен, — ответил он. — Я не мог знать наверняка, где перепад энергии спровоцирует пожар, лишь примерный район, поэтому выбрал место как можно дальше от нас и на другой стороне реки. Ты должен признать, что идея хорошо сработала.

— О, она прекрасно сработала, — напряженным тоном подтвердил Доннел. — Я даже благодарен тебе, но хотел бы, чтобы ты предупреждал меня о таких ярких поступках. Сперва ты включаешь огни Нью-Йорка, а теперь устраиваешь в нем пожар. Что ты планируешь делать дальше, Таддеус Уоллам-Крейн Восьмой?

— Не знаю. — Тэд хмуро посмотрел на меня. — Я все еще пытаюсь сообразить.

Глава 37

Следующим утром я стояла на крыше Дома американского парламента. Горизонт на востоке исчертили красные и оранжевые мазки рассвета, но все остальное лежало в темноте, так что огни Нью-Йорка представляли собой головокружительное зрелище. Я подняла взгляд к флагу земного Сопротивления и отсалютовала ему.

— Мне нравится, как ты в салюте держишь руку у сердца, — сказал за моей спиной Тэд.

Я повернулась, увидела его затененную фигуру и улыбнулась.

— Доннел говорит, что военные салютуют, прикладывая руку к голове, но важные вещи исходят от сердца.

— Это правда, — подтвердил Тэд. — Особенно верность. Ты клянешься в преданности Земле или своему отцу?

Я пожала плечами.

— На самом деле, разницы нет, так?

— Думаю, нет, — согласился Тэд. — Я думал о нашей ситуации. Конечно, я не смогу остаться на Земле, но когда альянс покинет Нью-Йорк, хочу дойти с вами до нового дома.