Вернувшись через несколько минут с мокрым полотенцем в руках, он увидел, что она уже надела лифчик и теперь застегивает блузку, пряча от него свою великолепную грудь. Бен глубоко вздохнул, ощущая нечто большее, чем сожаление. Наклонился и поднял с пола ее трусики.

— Сегодня тебе здорово не терпелось.

— А тебе нет?

— Как всегда. Мы с тобой оба знаем, что мне всегда мало. И если ты еще секунду простоишь вот так с поднятой юбкой…

— Нет, мне пора возвращаться.

Она взяла из его рук мокрое полотенце, вытерлась, как-то по-кошачьи, вернула ему полотенце, надела трусики.

Бен наблюдал за Кейт, восхищенный ее необыкновенней красотой, но еще больше — ее самообладанием. С самого начала она вела себя с ним абсолютно естественно. Казалось, ее вполне устраивает собственная плоть, которую страстно влекло к его плоти. Вначале ему это показалось приятным разнообразием после всех женщин, которых он знал раньше. Те после любовного акта либо стеснялись, либо волновались о том, как они выглядят без одежды, как они должны себя вести, чего он от них ждет и что чувствует. Но только не Кейт. Она с самого начала пришла к нему заниматься любовью и не скрывала этого. Бен знал, что он у нее не первый, и прекрасно понимал, что не будет последним. Когда прошел страх, что из-за нее он может потерять работу, Бен стал наслаждаться их частыми свиданиями, как всякий нормальный здоровый тридцатилетний мужчина. Эти отношения продолжались уже больше шести месяцев. Если Кейт и начала от него уставать, то он пока этого не замечал.

— Ты это из-за Аманды, правда? Ее приезд тебя потряс, так ведь?

Кейт разгладила юбку на длинных стройных ногах, которые он так любил.

— А ты считаешь, что я прихожу к тебе только в состоянии стресса?

Ее спокойный голос сейчас нисколько не напоминал тот хриплый стон.

— Я думаю, что я для тебя как стакан теплого молока. Приятный способ расслабиться после трудного дня.

Она смотрела на него странным взглядом.

— И тебя это нисколько не огорчает?

Бен пожал плечами.

— Нет, с какой стати? Я и сам сплю намного крепче после наших встреч. Знаешь, если бы ты таскала меня за собой на публике в качестве бесплатного приложения, вот это мне бы совсем не понравилось. Я бы тут же ушел. Я не игрушка. И не жиголо, которому платят и помыкают им как хотят. Но если ты хочешь поразвлечься в постели… или, как сегодня, на полу… да я был бы ненормальным, если бы стал отказываться.

Она смотрела на него все тем же внимательным, задумчивым взглядом. Пальцы ее машинально проверили застежки на блузке и складки на юбке. Прикосновение к аккуратно причесанным волосам убедило ее, что здесь тоже все в порядке.

Настоящая леди, до кончиков ногтей. Есть в ней что-то такое… И дело даже не в том, как она одевается, не в спокойной красоте ее лица, не в интеллигентности холодноватого голоса. Кэтрин Далтон из тех женщин, которые вызывают инстинктивное уважение, даже когда они одеваются после бурного порыва страсти.

— Господи, до чего же ты хороша!

Кейт мельком взглянула на него. На губах ее появилась чуть удивленная улыбка.

— Ты хочешь сказать, для такой старухи?

Теперь пришла его очередь удивиться.

— А что, кто-то считает тебя старухой?! Уж конечно, не я. Если на то пошло, я даже не знаю, сколько тебе лет. И какое это имеет значение? Мы оба давно не дети.