- А как же полукровки?

- Мы объединим наши силы. Ваши войска и мои нанесут поражение Эфину, раздавят Тарон, погрузив его в хаос, и полукровки падут.  Войска смешанных ничто без помощи номаров и тумо, – после этого Фарон встал и направился к выходу, сказав напоследок. – Я приеду через две недели за ответом, надеюсь, ты примешь правильное решение.

- Подожди, Фарон! – Нитте подошел к нему. – Ты говоришь, что слово твоего брата ничего не значит, но как насчет твоего слова? Сдержишь ли ты его?

- Сдержу! И знаешь почему? – Номар склонился к уху Нитте и прошептал. – Потому что люблю твою дочь.

- Как любишь? Ты же вернул ее!

- Да, вернул, чтобы потом забрать. Только ей не нужно об этом знать. Ради Амены я сдержу свое обещание, и Мазарат останется нетронутым, вы вернетесь к прежней жизни и забудете о том, что с вами по соседству когда-то жили номары.

- Я не могу снова предать ее, – глаза Правителя наполнились слезами, ведь он снова должен был распорядиться жизнью дочери.

- А никто не говорил, что будет легко! Наша жизнь это постоянный выбор, все зависит только от того, что находится на каждой из чаши весов. Подумай об этом. Если ты не поможешь мне, то Мазарат подвергнется налету сначала тумо и номаров, которые уничтожат первую половину ваших войск, а затем настанет час смешанных, они раздавят остальных.

И номар вышел прочь, оставив Нитте в полной растерянности и отчаянии, снова. На этот раз Правитель не обратился за советом к своим приближенным, он решил все сохранить в тайне, единственный крианец, который об этом узнал, это Минекая, но даже Главнокомандующий армии Мазарата не знал, чего потребовал в обмен Фарон. Нитте также запретил Минекая что-либо говорить дочери, объяснив это тем, что Амена и так настрадалась за все это время.

Амена вернулась в отчий дом, она зашла в комнату и сразу же села у окна, чтобы наконец-то увидеть те загадочные дали, о которых слагалось так много сказок в детстве. Ей сразу стало легче, прежние воспоминания уступили место настоящему, а в глазах появилась искра. Когда мы оказываемся там, где родились и выросли, то в душе всплывает все, что делало нас счастливее, что заставляло нас просыпаться как можно раньше и бежать навстречу своим детским приключениям, что дарило нам чувство безопасности. Отчий дом это то место, откуда начинают расти мечты и откуда рождаются цели, поэтому эти воспоминания так важны. Амена все вспомнила, она, словно погрузилась в те времена наивности и озорства.  Ей на мгновение показалось, будто той деревни и не было, как не было и Эфина, но это лишь временно, так как все, что мы испытываем, это часть одного большого пути под названием жизнь.

Глава   XIV 

«Все придет, когда ты уверуешь» 

В моей комнате ничего не изменилось за все то время, что провела среди номаров. Все тот же полог над кроватью, те же скатерти на столах и все то же зеркало, в котором я видела несчастную невесту год назад. Моя мать так и не пришла, чтобы порадоваться или хотя бы поприветствовать, но пришли сестры, они с большим интересом слушали истории о номарах и их жизни. Им казалось, будто я вернулась не с соседних земель, а с того Света, так как все крианцы продолжали трепетать перед врагом.

Спустя несколько дней, когда страсти улеглись, и все вернулось в прежнее русло,  я начала ходить в казармы и тренироваться, только теперь все было иначе. Минекая был поражен моими умениями и знаниями, поэтому больше не учил меня, он лишь давал своих солдат в соперники и смотрел за боем. Теперь могла сражаться наравне с мужчинами, периодически одерживая победу. Однажды я подошла к наставнику и сказала:

- Минекая? Я хотела бы вступить в ряды твоих  воинов.

- Что?! – он даже поперхнулся, все же еще ни одна женщина не была среди солдат Мазарата.