|
Он часто предсказывал, что мы проиграем войну во Вьетнаме, впервые в нашей истории потерпим поражение, если «великое молчаливое большинство» Америки не восстанет против «мирников», этой «пятой колонны». В ноябре, когда состоялась наша вторая высадка на Луну в одном и том же 1969 году, Мак-Дональды устроили пирушку у себя дома для знакомых офицеров. В связи с официальным объявлением, что Америка до конца века высадит людей на Марс, Джеф заявил, что охотно пошел бы в астронавты, да жаль, что к концу столетия будет слишком стар. Вслед за вице-президентом Эгню клеймил он позором «твердокаменных диссидентов и профессиональных анархистов, толкающих Америку к постыдному, позорному поражению». Он писал в редакции газет «Нью-Йорк таймс» и «Вашингтон пост» и на телестудии, протестуя против их пораженческого курса…
Прокурор снова ринулся в контратаку: — В предварительном порядке скажу, что в постулатах защитника содержится правда, но не только правда и далеко не вся правда. Когда мы перейдем к показаниям свидетелей, мы докажем, что защитник показал нам только одну сторону медали. Врачи, коллеги доктора Мак-Дональда, вспоминают, что был он крайне нетерпим, призывал разгонять демонстрации «мирников» и «вьетников» не только слезоточивым газом и дубинками, но и огнем, казнить хиппи и йиппи в газовой камере Сан-Квентина или, по крайней мере, сажать их прямиком из «коммун» в тюрьмы. Он оправдывал массовые экзекуции «цветных» в Индокитае, заявлял, что следует отменить на период войны билль о правах и поставить вне закона всех диссидентов. Негров он хотел «изрубить в фарш» во вьетнамской мясорубке, ни в коем случае не допуская возвращения в Штаты черных солдат, обученных военному делу. Он хотел, чтобы на всех «черных пантер» была объявлена свободная охота, и говорил, что с великим удовольствием участвовал бы в такой охоте. Его бесило, что Бобби Дж. Силу, одному из вожаков «Черных пантер», чикагский суд дал всего четыре года, и не раз объявлял себя ярым сторонником смертной казни для всех «врагов Америки». На новогоднем балу в офицерском клубе Форт-Брагга он сказал большой группе офицеров-медиков, что, не задумываясь, сбросил бы водородные бомбы на Ханой и Хайфон, что, по его мнению, было бы еще более оправдано, чем атомная бомбежка Хиросимы и Нагасаки, поскольку Япония уже была побеждена. Он горячо одобрял тайную войну ЦРУ против диссидентов и планы Пентагона использовать армию против них. Тогда же он сказал, что не знает, сможет ли пережить поражение Америки во Вьетнаме. Один врач-психиатр, бывший коллега доктора Мак-Дональда, констатировал наличие у него в ту пору ярко выраженного «вьетнамского синдрома». — Он схватился за сердце, с трудом отдышался. — Боже ты мой! И все это было десять лет назад!! Защитник ссылается на давность лет… Нет! Мне кажется, что все это было только вчера…
Прокурор вызвал свидетеля преподобного Джона Нокса Мак-Артура. Угольно-черный костюм из дакрона. Белый штрих клерикального воротника. Физиономия отнюдь не постная, а плейбоя и чревоугодника. Был такой капеллан в Форт-Брагге: Пастор Сукин-сын. Мировой парень. Черный пояс в дзюдо. Чемпион каратэ Седьмой группы спецвойск. После вьетнамской эры отказался от сана, сделался частным детективом, потом открыл контору частных охранников. Стоит уже полмиллиона. Грант видел его в публике. Мировой парень обрел себя. Вопрос. Почти десять лет назад где вы служили? Ответ. Капелланом Соединенной пресвитерианской церкви США в Форт-Брагге. В Седьмой группе. Вопрос. Знали ли вы подсудимого? Ответ. Доктора Мак-Дональда? Как же, как же! Довольно коротко. Бывало, резались с ним в покер… Вопрос. Покер — это, конечно, хорошо, но приходилось ли вам говорить с ним по душам? Ответ. |
