— Да, конечно, это очень полезное излучение, — теперь уже задумчиво проговорила Анастасия, — особенно если туда поставить сосуд с настоем целебных трав. Информации о такой бане не было во Вселенной, и вы не могли её получить, значит, вы добавили эту информацию во Вселенную, и теперь вы...

Я смотрел на горочку земли на макете, представлял эту баню, вокруг неё цветочные клумбы, розы, берег красивого пруда. И даже просто от представления по телу действительно развивалось какое-то благодатнейшее тепло. Я интуитивно понимал — Володя придумал нечто, ранее не существовавшее. От этого становилось необычайно радостно, как будто и тело радовалось, и душа.

Я снова стал думать о проекте поместья в целом, о том, как трепетна и прекрасна телом и своим умом Анастасия. Конечно же, она небезучастна к этому проекту, и может быть, больше всех была именно её заслуга в решении задачи по улучшению плодородия почвы, ранее считавшейся безнадёжной. Надо же такое придумать — приподнять над землёй обыкновенную компостную яму и превратить её в живую изгородь. Значит, всё-таки согласилась помочь, вопреки своим принципам. Как-то незаметно помочь. Я подошел к Анастасии и тихо прошептал:

— Это же ты все придумала, ты нашла решение, спасибо тебе, Анастасия.

— Это мы вместе придумали, Владимир, — также шёпотом произнесла Анастасия. — И быть может, в большей степени это заслуга тех двухсот пятидесяти семей, о которых ты говоришь.

— Но ведь их здесь не было, когда мы думали.

— Здесь, возможно, и не было, но они были там, на своих гектарах, и тоже думали, как лучше поступить. А представь, Владимир, если бы их не было вообще? Разве устроил бы ты переполох во всей семье? Разве стал бы ты так напрягаться и так взволнованно требовать найти решение? Если бы их не было, быть может, ты даже краешком мысли не коснулся этого вопроса. Они, эти двести пятьдесят семей, быть может, главное действующее лицо проекта.

— Да, согласен, мы все вместе его сотворили и за это «вместе» ещё большее спасибо тебе, Анастасия. — А потом добавил: — И за подаренную мне вечность тоже спасибо. Я был у того места, где ты пустую бутылку прячешь.

Анастасия слегка потупилась и добавила:

— И палку.

— И палку, — подтвердил я и засмеялся. Анастасия тоже заливисто и весело засмеялась, и даже маленькая Настенька стала прыгать возле макета, взмахивать ручками и смеяться. Только Володя, безучастный к происходящему, по-прежнему сосредоточенно и задумчиво смотрел на макет.

И мне вдруг стало нестерпимо жалко сына. Несмотря на то, что ему удалось придумать необычную баню, он, конечно же, считает себя не справившимся с поручением Анастасии.

И передо мной ему, наверное, неудобно, что не послушал меня, доказывал, будто мы справимся без Анастасии. Он действительно старался, но... Хотелось как-то поддержать его, подбодрить. Но как это сделать? Непонятно.

Володя сосредоточенно смотрит на макет, наверное, пытается в нём ещё что-то своё придумать. Не понимает, что главное уже придумано.

Поздно вечером, перед тем как лечь спать, я спросил у Анастасии:

— А где спят Володя и Настенька?

— В разных местах, — ответила Анастасия, — Настенька со мной иногда. Почему ты спрашиваешь об этом, Владимир?

— Да так просто, хотел с Володей поговорить кое о чём.

— Так позови его.

— Как позвать, крикнуть что ли?

— Да просто позови, он услышит.

Я позвал. И через некоторое время увидел идущего в мою сторону сына. Он по-прежнему был предельно сосредоточен. Когда Володя подошёл ближе, я спросил его:

— Ты когда, Володя, придумал, что гора из глины — это баня и почему мне раньше про это не говорил?

— Я решил так сказать, когда мама стала критиковать наш проект и глиняную гору на нашем проекте.