Джиллиан Гриффит: Если бы мой отец не взял ее к себе, не дал ей работу, не продвинул ее карьеру, не поддержал ее на процессе по делу об убийстве и не оплатил ее адвокатов, моя семья все еще владела бы одним из самых успешных агентств социальных сетей в стране. У нас все еще был бы наш семейный дом. У нас все еще была бы наша репутация.

Так что да, я обижена на Клео – Мэри Клэр, мою двоюродную сестру – за то влияние, которое она оказала на судьбу нашей семьи. Я не говорю, что для Клео это было просто, что она не переживала, но ведь именно она была целиком ответственна за сложившуюся ситуацию.

Сэнди Финч: Я приехал повидаться с Клео во время второго месяца ее заключения.

Клео Рэй: Мы не разговаривали пару недель. Он написал мне от руки три письма, и они были полны любви, но в то же время – немного тревожные. Я знала, что ему пришлось через многое пройти.

Сэнди Финч: Я почитал о Центральном женском исправительном учреждении, прежде чем ехать туда, поэтому думал, что готов. Но все равно это был шок. Клео в таком месте! В сравнении с этим местом тюрьма округа Инио – начальная школа. Еще одна тренировка когнитивного диссонанса.

Клео Рэй: Итак, мои личные вещи, которые забрали на хранение, когда меня поместили в окружную тюрьму, последовали за мной и сюда. Не так уж много, поверьте, но было кое-что очень важное в свете его визита, и я заранее направила специальный запрос. Я сделала все, что могла, чтобы добиться этого.

Я нервничала, но не так сильно, как в тот раз, когда он пришел навестить меня в тюрьме Индепенденса. Это был бы наш первый «контакт» с тех пор, как меня арестовали, а это означало, что нам разрешено обменяться «краткими объятиями». Именно так это описано в руководстве для заключенных и на табличке, вывешенной в комнате для свиданий. Каково определение краткости, ребята? Две секунды? Три? Можно ли прильнуть всем телом? Можем ли мы поцеловаться? Нам сказали, что в случае нарушения свидание будет прекращено, а привилегии приостановлены.

От этого первого объятия зависело многое.

Сэнди Финч: Я знал правило о том, что объятия должны быть краткими. И боялся, что, как только она окажется в моих объятиях, я уже не смогу отпустить ее.

Клео Рэй: Когда я вошла в комнату, он уже находился там за одним из столов. Он выглядел так классно! Такой красивый мужчина!

Я направилась прямо к нему и, когда мы обнялись, почувствовала невероятный выброс энергии, все, что копилось внутри, со свистом вырвалось наружу, во вселенную.

Сэнди Финч: Наши объятия всего на несколько секунд заставили меня почувствовать, что мы никогда не расставались.

Клео Рэй: Мы оторвались друг от друга до того, как охранник мог бы сделать замечание, так что все было в порядке. Мы сели напротив, положив руки на стол так, чтобы они были видны. Я умирала от желания протянуть руку и взять его ладонь, но это запрещено. Потом он увидел его.

Сэнди Финч: На ней было кольцо. То, которое я подарил ей целую жизнь назад.

Клео Рэй: Я сказала: «Они не разрешают мне носить его здесь, но я убедила их сделать исключение для твоего визита».

И он ответил: «Спасибо. Это много значит для меня».

«Для меня тоже», – произнесла я.

Целую долгую минуту мы смотрели друг другу в глаза. Мы оба прослезились. Он сказал: «Дыши». Это заставило меня улыбнуться.

Сэнди Финч: У нее была тюремная стрижка, никакого макияжа, на ней был этот бесформенный комбинезон, но она выглядела фантастически. И это не просто слова. Внутри нее было что-то такое… она словно светилась. Это ошеломило меня.

Клео Рэй: Расскажи что-нибудь. Как прошла поездка? Какая погода в Лос-Анджелесе? Ты спал с кем-нибудь еще? Конечно да. И, конечно, я бы никогда не спросила тебя об этом.

Сэнди Финч: У нас было не так много времени, поэтому я начал рассказывать ей о своей поездке в Йеллоустоун в Вайоминге.