Конечно же не все будут допущены до пира. Воины и их семьи, родные погибших не только в этой осаде, но и до этого, авантюристы, целители, добровольцы… В общем, все причастные к победе.

И начало приготовлений к празднику сыграло нам на руку. На рынке было совсем немного народу и ходить по торговым рядам было одно удовольствие.

Мне хотелось купить по несколько комплектов одежды на все случаи жизни, но стоило Бель об этом услышать, она так зашипела, словно рядом со мной настоящая змея!

— Тыыы шштоо чернь? Или денег нет нормальную одежду купить?

— Честно, я тебя сейчас не понимаю. Какая разница?

— Здесь мы купим только ткань. Потом пойдём к швеям, и они сошьют тебе всё, что угодно. Качество будет выше и магические руны вышьют и настроят индивидуально под твою ауру. — И наклонившись над столом с рулоном ткани синего цвета, проворчала: — Вот же придумал… покупать готовую одежду…

Что-то мне подсказывало, что бывший владелец этого тела не знал о таких нюансах. По крайней мере я не помню, чтобы в столице он заморачивался на заказ одежды у швей.

На рынке мы пробыли чуть больше полутора часов. Что, на мой взгляд, не так уж и долго. Бель узнала у меня, что я хочу, и довольно быстро подобрала мне ткань. И когда она закончила выбирать ткань под свои одеяния, мы направились в мастерскую, правда перед этим зашли в лавку зельеваров.

Она щупала, нюхала, пробовала на вкус все травы, что ей подсовывал торговец. Больше половины ингредиентов она потребовала заменить. Пока мы там находились, я старался не отсвечивать. Андера не интересовало зельеварение, и он не вдавался в такие подробности. Поэтому я не мог ей никак помочь, а лишь мешал бы.

В швейной мастерской мне пришлось проявить чудеса художественного таланта, которого, к слову, у меня не было от слова СОВСЕМ. Но я хотел себе нормальные трусы, а не нечто похожее на шаровары. И чтобы спереди был небольшой кармашек… так сказать, для удобства. Чтобы штаны были удобные. Нигде ничего не жало. Рубашки до колен мне тоже не нравились, как и их длинные рукава. Поэтому я нарисовал обычную футболку.

Хозяйка мастерской бубнила, говоря, что так никто не делает, но мне было плевать.

— Вам знакома фраза, покупатель всегда прав? — сердитым тоном спросил я. — Или быть может у вас проблемы со зрением?

— Я хорошо вижу, что за…

Тут уже не выдержала Аннабель.

— Так может вы ещё раз ВНИМАТЕЛЬНЕЕ посмотрите какой герб вам надо вышить на плащах?

В прошлой жизни мне встречались люди с похожим темпераментом. С ними крайне сложно разговаривать. Но очень часто я убеждался, что они профессионалы своего дела. И уже понял, что хозяйка этого заведения болеет своей работой.

Женщина прищурилась и, как мне показалось, очень долго рассматривала герб. Но в итоге она поумерила гонор. Она стала обращаться к нам более почтительно. И дело пошло на лад.

Кстати, в этом заведении я впервые увидел, как выглядит рабская печать. Одна девушка, что снимала с меня мерки, наклонилась и на её шее я увидел татуировку. А память Андера подсказала, что она означает.

— По-хорошему, её бы высечь, — сказала Бель, стоило нам выйти из мастерской.

— А что останавливает?

— Она лучшая в городе. В её платье не стыдно появиться при дворе Его Величества. Поэтому приходится ей многое прощать.

— И что, она каждый раз себя так ведёт?

— Ты что, не помнишь её? Вроде бы мама нас отвозила сюда вместе пару раз. — Я отрицательно покачал головой. И тогда Бель пустилась в объяснения. — Видит она хорошо. Вот только прокляли её. Даже Вильям Грасс не смог снять.