— Я тебя понял, — кивнул ему. — Нарой пока для меня информацию. Группа Аспидов, связаны как-то с Дедом.

— Э, брат, они рукастые. Про них все слышали, мы с этим никак не контачим. Сунусь — всех моих в ту же ночь положат.

— А ты аккуратненько, — улыбнулся я. — Не спрашивай, не светись. Слушай и на ус наматывай.

— Ты думаешь, они как-то связаны с Отморозками?

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Бывай, Лютый. С пацанами переговори своими, давай уже нормально дела вести.

На этом разговор был окончен. Наставник учил никогда не судить о людях по первому взгляду. И ни в коем случае не доверять общественному мнению. Потому что общество чаще всего судит по первому взгляду.

Так и с Лютым, и с его отморозками. Эти ребята были относительно новенькими на районе. Все шло у них хорошо, начали подниматься, начали борзеть. Это стало понятно по разговорам со Степанычем. Стандартная история при переделе власти.

Но ребята действовали осторожно, постепенно прощупывая границы дозволенного. Так получилось, что в этот раз этой границей стал я. Просто прекрасно понимал, что в трущобах их остановить может только полиция, а их границы расположены настолько далеко, что пока Лютые до них доберутся, от той же лавки Степаныча только шестеренки и останутся.

Не все проблемы можно решить Резчиком по Камню. Эзотерик чаще договаривался чем дрался. Просто об этом не пишут статей, вот и сложилось о наставнике такое мнение, что он отшельник-одиночка, сметающий любые разломы на своем пути.

Насчет Лютого я не питал особых иллюзий, да и лезть в его дела не собирался. Если не будет проблем, то пусть хоть на голове ходит. А вот про банду Отморозков я слышу слишком часто. И про Аспидов я вспомнил не просто так.

Фонарь, оказавшийся не очень хорошим человеком, говорил, что среди московских банд творится что-то странное. Гамбо говорил то же самое. Криминал лезет в дела призывателей, Дед вытаскивает из-под стражи отряд Хана. А теперь еще и полсотни отморозков, безнаказанно орудующих долгие месяцы.

И я бы понял, если бы они действовали как-то аккуратно, незаметно. Но нет же, даже районный бандюган местного пошиба точно указал их базу на карте. Хотите сказать, что Лютый у нас умнее Полицейского Департамента Москвы? Или у города не осталось сил, чтобы приструнить зарвавшихся ублюдков?

Что-то здесь нечисто. И еще есть ощущение, что я влезаю вообще не в свое дело. Но и пустить все на самотек тоже не могу. Я тут живу. Я здесь вырос. Я планирую провести в Москве еще долгое время, прежде чем отправлюсь обратно в дикие земли. По крайней мере, не меньше четырех месяцев.

И не хочется все это время провести бок о бок с вооруженной до зубов бандой анархистов, которым вообще закон не писан. Никакой из законов. Но, опять же, все это лишь мнение других людей. Для начала следует самому сходить и проверить что да как.

— Закончил? — спросила Сиил, когда я вышел из здания.

— Да. Как девчонки? — кивнул я на двух молодых дам в коротких платьях, что сейчас спали на старом диване, стоящем прямо на улице.