Когда ты жук, способный атаковать с любого направления, куда ты ударишь? Ну или в спину, или сверху. Поэтому трудность была лишь в том, чтобы угадать время атаки. Я не знаю, что сработало. Чуйка, удача или опыт.

Но когда я развернулся, жук повис брюхом на моих клинках, а его лапы плотно запутались в тенях Окутывающего. Кажется, в его фасеточных глазах промелькнуло удивление.

Впрочем, в моих тоже.

— Да как ты вообще до четвертого боя дошел? — не сдержался я.

Противник не ответил, потому что растаял вместе с ареной под стихающие вопли толпы. Я же выдохнул и впервые почувствовал тень надежды. Осталось всего два боя, и этот таракан добавил мне оптимизма.

Сейчас пойдут сильнейшие. Нас ведь всего четверо.

— И-и-и… Полуфинал! — раздался голос над головой. — Поприветствуем лучших из… Тех, что были.

Мда, похоже, у нас мысли сходятся. И тем не менее, арена колизея в этот раз особо не изменилась. Появилось несколько небольших пирамид из камней, больше похожих на алтари и все.

На той стороне я увидел фигуру крупного мужчины в латном доспехе, делавшим его похожим на бочку. На плече он держал огромный молот, а в длани я заметил три красных камня киновари и два янтаря.

Земля и кровь. Неужели это тот физик, что зашел первым в портал? Добрался до полуфинала, значит, он действительно хорош.

— Я рад, что представитель людей забрался так высоко, — произнёс он сквозь шлем. — Жаль, что мы встретились так рано, но уверяю тебя, я намерен отстоять имя человечества в этом турнире.

— Зачем тебе молот? — проигнорировал я его пафосное бахвальство.

— Что? — не понял он.

— Ну ты же големов призываешь. Они наносят крушащий урон. Как и твой молот. Мог бы взять секиру, чтобы разнообразить арсенал.

— Откуда ты знаешь про големов?

— Я волшебник, — пожал я плечами.

Это был, пожалуй, самый скучный бой. Каменные големы, которых не брали мои клинки в принципе. Поцелуй распада оставлял борозды в их телах, но, чтобы убить окончательно, пришлось бы буквально кромсать по кусочку.

Призыватель в тяжелой броне, укрепленный каменной кожей, гранитным слоем и еще какими-то усилениями. Я не мог пробить его, он не мог попасть по мне. Големы просто не могли меня догнать.

Так что через десять минут мы сменили тактику. Он спрятался за спинами големов, а те пытались метать в меня камни, от которых я уворачивался. Иногда даже делал это, стоя на месте.

Судя по всему, мы переходили к ничьей. Но я не знал, есть ли на этом турнире подобное понятие.

— Да начнется увядание, — раздался голос над нами.

И в этот момент мой противник внезапно начал харкать кровью. Вернее, он зашел кашлем, но вскоре кровь потекла сквозь забрало.

— Э-э, — не понял я. — Что происходит?

— Ничья, — хохотнул оппонент. — Мы медленно слабеем и умираем. Самый стойкий восстановится, второй умрет. Я так уже победил один раз.

— Странно.

— В этом твоя слабость, скоростник. Я выносливее тебя.

— Да не в этом дело.