Так что, несмотря на состояние, действовать приходилось быстро. Очень быстро.

Я почти успел, когда услышал удар молнии у себя за спиной. Обернулся и увидел ублюдка. В этот раз он был зол, одежда обгорела, а глаза покраснели.

— Не в этот раз, — криво усмехнулся я.

— Стой, — он понял, что я собираюсь сделать и замер. — Вот, возьми.

Он не шевелился, а я был напряжен, словно пружина. С его длани соскочила белая искра и понеслась в мою сторону.

— Что это?

— Мое имя. Можешь попытаться вписать его в Храме, — рассмеялся он.

— И зачем ты им делишься? Хочешь уравнять шансы?

— Хочу, чтобы ты познал отчаяние, Эзо. Где-бы ты ни спрятался, я все равно найду тебя. Ты не сможешь убегать вечно.

Искра коснулась длани и впиталась в нее. Перед глазами появилось сообщение о получении контакта в А-поле. Плачущий продолжал стоять на месте.

В этот раз он телепортировался слишком далеко. Скорей всего он мог попытаться убить меня, молния — довольно быстрый противник.

Но я уже наполовину скрылся в прямоугольнике прохода, который начертил Резчиком прямо на земле.

Откинувшись, нырнул в Храм Имен, закрывая за собой переход. Гравитация сместилась, и я больно ударился затылком о каменные плиты.

Спасен. Вот уж не думал, что когда-либо буду так рад попасть в это проклятое место. Удивительно, но теперь я лишь здесь мог почувствовать себя в безопасности.

Следующие дни слились в одно размытое воспоминание. В Храме Имен не было окон, не было смены дня и ночи, так что я не имел ни малейшего понятия, сколько времени провалялся среди колонн.

Я использовал все эликсиры регенерации. Небольшой запас пищи и воды у меня хранился в инвентаре. Большую часть времени я провел в полузабытье, возвращаясь в реальность лишь для того, чтобы наложить на себя очередную порцию Живой Росы. Отпечаток, что повышает регенерацию.

Когда ребра более-менее срослись, я начал чаще бодрствовать. Храм стал моим жилищем. Тут я тренировался, разминался, читал книги, что взял в магазине, как хорошо, что не выкинул. Жаль, что покупал наобум всякую чушь.

Храм был изолированным местом, так что я не мог зайти даже в А-поле. Интерфейс работал лишь в ограниченном режиме.

Кстати, настоящее имя Плачущего — Хохот. Его покровитель явно не лишен чувства юмора. Разумеется, я попытался вписать его имя. И у меня не вышло. Да, он был прав. Отчаяние подкралось незаметно.

Я избавился от метки Пепла. Не знаю, сколько у меня ушло на это времени, но получилось. Я просто вытолкнул ее потоками Анимы, направив их в нужное место. Внешне я просто блевал несколько часов.

Больше никаких меток не было, так что для меня оставалось загадкой, как ублюдок меня находил. Нужно возвращаться в библиотеку, найти все известные поисковые отпечатки. Если пойму принцип — найду и способ скрыться.

Но для этого надо выйти из храма. И тут возникла проблема. Я не мог. Я каждый раз находил причины задержаться. Потому что не хотел признаваться даже самому себе, что мне просто страшно.

Это даже не страх смерти как таковой. Скорее это страх, вызванный собственной беспомощностью.