|
Король лишился рассудка — явно из-за того, что слишком долго был под контролем рахны. Этим и воспользовалась вдова Георга — принцесса Беллатрис (в девичестве Бурбон) — со слезами на глазах рассказывая, как из-за пагубного влияния Лорда Бекингема изменился её муж. Как «он стал другим!», мол, испортил жизнь своему отцу, угрожал ему, запугивал, взял под контроль... Намекала, что и сам был под контролем Бекингема. Да, истории с контролем и зомби тогда уже вовсю гуляли по интернету — благо материала из той же Индии было навалом.
В общем, принцесса сказала, что теперь король тяжело болен и даже попросила у нас помощи, ведь мы «исцеляли несчастных подданных индийского махараджи».
В итоге начались тайные переговоры... очень быстрые, ведь войска Объединённой Земли на тот момент уже без труда взяли под контроль почти весь Лондон. Ну а дальше Британия капитулировала. Король исцелён (но лишь физически), правда, прожил он после этого лишь пять лет. Всё это время его регентом была принцесса Беллатрис. Регентом она быть не перестала, управляя из новой столицы — Манчестера, ошмётками некогда великой империи ещё три года, пока не достиг совершеннолетия её сын.
После того как Британия капитулировала, войска Объединённой Земли победоносно прошлись по её Американским колониям, прикончив последних из переродившихся сарнитов. Забавно, что вице-король Северо-американских колоний оказался сарнитом. И в две тысячи седьмом пошёл против метрополии войной. Но узнал, что Британией управляют его братья. Причём, признал в Георге, вероятно, уже более отожратым на тот момент, старшего.
Нда... по сравнению с Георгом американский вице-король в самом деле оказался слабачком. Помню, тогда Арвин канючил, что всех видных сарнитов перебил я. У него тогда день рождения был на носу, так что я сделал ему подарок.
В итоге американского жука мой лучший друг зарубил в бою один на один.
А по возвращению в Россию занялся делами рода — ровно через девять месяцев у него родился второй ребёнок. Сейчас у Арвина с Юлей шесть детишек. У нас с Соней семь.
Вот, в космическом путешествии отдыхаем в тишине уже два месяца. Ещё четыре осталось.
— Нда... — улыбнувшись, выдохнул я. — Свадьба Алисы была громким событием.
— И породила целую череду свадеб, — усмехнулась Соня, пересев со своего кресла ко мне на колени. — Забавно, что твои сестры в самом деле выдержали очерёдность.
— Забавно, что на Янкиной свадьбе в Киото едва ли не больше других за сестру радовалась Варя, — припомнил я.
И спустя полгода после этого события случилась двойная свадьба близняшек. А женихами, разумеется, стали Борис и Глеб. На тот момент оба брата уже успели получить личное дворянство, один за военные успехи, другой за управленческие — побывав главой учсовета «Алой Мудрости», Глеб пошёл по этой стезе.
В итоге после их свадеб с великими княжнами (то есть боярынями), образовался новый дворянский род Сидоровых. Маша с Глебом, как старшие стали главной семьёй.
Ну а пятая дочурка Оболенских — младшенькая из моих сестёр, вышла замуж лишь год назад. И тоже по большой любви, причём начавшейся ещё в её детские годы. Стала она супругой главы боярского рода Морозовых. Тем самым став третьим членом рода.
А спустя полгода после этого, у Морозовых вновь осталось два человека. Нет, никто не умер. Но Катя наконец-то вырастила сына и вышла замуж. Последние десять лет вокруг неё крутился один умненький парень, окончивший «Алую Мудрость» на три года позже меня. Сперва он был простолюдином, затем Претендентом, дорос до личного дворянства, и...
Теперь создал свой род с молодой женой, у которой старшему сыну двадцать три года. Ну ничего, незадолго до нашего отлёта был один приём, тогда Вероничка прошла мимо Екатерины, а после нашептала мне приятные новости. |