Носить его постоянно в ухе, как то делали дома с гарнитурами, здесь было не принято. Тут и правила хорошего тона, и демонстрация уважения к другим людям, да и неудобно это. Только у элитных моделей имелось особое клеящееся крепление с самоочисткой, а вот у остальных — самое обычное. Можно сказать, механическое, через затычку-наушник в ухе и завиток держателя. Так что при резком движении головой всегда существовал шанс сбросить устройство, а при ударе и вовсе ткнуть себе в глаз проектором.

Выйдя из магазина, я отошёл в сторонку и, надев новоприобретённый девайс, быстренько нашёл в сети номер нашего общежития. После чего, позвонив туда, попросил ответившего и опознавшего моё новое устройство парня через служебные камеры посмотреть, не проснулось ли там дитятко. А точнее, настроить так называемый родительский контроль на моё устройство, потому как сам посмотреть, что творится в номерах, персонал мог только вместе с полицией.

Система, как и положено ребёнку её нежного возраста, дрыхла без задних ног, раскинув конечности звёздочкой и почти скинув с себя одеяло. В пижаму нужного размера, которую приобрёл у сотрудников общаги, я заставил её переодеться перед выходом. Благо нас специально распределили на таможне туда, где для ребёнка имелись хоть какие-то условия. Так что всё было пристойно, и в общем за мою названную сестру можно было не переживать.

Так что, сложив и убрав мобинал, я неспешно направился в сторону ближайшей удобной для меня трамвайной остановки. Вообще, можно было бы подумать, что в таком учебном городе, академическом даже, должен бы быть некий комендантский час или хоть какой-то распорядок дня… Но нет! Анимешные правила мира эффективно убивали любые законы, призванные поддерживать общую дисциплину.

Во-первых, здесь было аж целых три рабочих смены на трудовых местах особой важности. Утренняя, дневная и ночная с разной заработной платой и, естественно, со смещённым графиком обручения. Ну а во-вторых, студенты здесь вроде как учились, играя в этакую взрослую жизнь обычного летающего города, когда всё зависит только от тебя и твои успехи не приправлены статусом твоей семьи или её финансовыми возможностями. Ну… почти.

В любом случае сейчас со мной от центра в сторону промышленной зоны ехал практически полностью забитый трамвайчик. И да, пусть там и находились «плохие районы», но там же располагались важные предприятия, на которых трудился чуть ли не весь спектр рубашечных колеров. Так что на меня, если и обращали внимание, так только в силу того, что я был не в студенческой форме, а в своей, точнее, Эстока одёжке а-ля милитари, которая, как и обувь, пусть очень отдалённо, но напоминала таковую на Земле.

Выбравшись на нужной мне остановке, я осмотрелся и аж тихо присвистнул. Ну как на родину попал, право слово! Немного в прошлое, правда. Закончились всякие хайтек исторические Риги и Питеры, суровые пацаны и девчата в фиолетовых рубахах жили не где-нибудь, а в панельных пятиэтажках! И до того эти чудеса архитектурного масстроя были похожи на почти вымершие в Москве хрущевки, что аж слеза от ностальгии навернулась.

Нет, имелись на строениях и некоторые научно-фантастические элементы и конструкции… Да только выглядели они настолько нарочито неуместными, словно специально добавленными, дабы продемонстрировать, что это будущее… Сразу же вспомнилось детство и конец девяностых-начало двухтысячных, когда обшарпанные в те времена ещё советские домики были буквально завешаны аляповатыми спутниковыми тарелками из разряда у кого больше — тот круче! И ящиками кондиционеров, зачастую ещё и вывешенными на разной высоте. Как бог на душу положил, а у Джамшута получилось.

Аж крякнув от нахлынувших воспоминаний, я осмотрелся. В общем-то, здесь явно были именно что спальные районы. Такого засилья магазинов и прочих заведений, как там, где меня поселили, здесь не наблюдалось.