— Постойте, — сказал я, осторожно присаживаясь на край «кресла», — как-то это слишком быстро… меня никто не предупредил о таком!

— И что, вы разве не хотите побывать на нашей Земле? — Юрингус поднял бровь.

— Хочу… — признал я.

— Тогда откиньесь на спинку. И расслабьтесь. Самого перехода вы не почувствуете.

12

Я узнал это место. Лес недалеко от Рублёвки, где я когда-то приметил окоп. Тот самый, где лежали останки птицеголового в форме, которая ему не принадлежала. И где обнаружил первый тюрвинг.

Случайно ли я оказался именно здесь?

Вряд ли. Я не считаю себя особо умным, но ощущение, что мной играют не проходило с того момента, когда я увидел Эльми.

Я подыгрывал ему. И продолжаю подыгрывать. Потому что как можно сопротивляться существу, которое, предположительно, на несколько порядков превосходит тебя и по интеллекту, и по возможностям?

Я не думаю, что Эльми врал. Это было бы слишком просто. Уверен, что всё рассказанное им — чистая правда. Но не вся правда.

Можно ли допустить, чтобы он даже не попытался выяснить, кто такие Считыватели? Не понял их мотивацию?

Можно, на самом деле. Потому что я уже начал привыкать к подлинной бесконечности мироздания — не только в пространстве, но и в разуме. Эльми, кем бы он ни был — наверняка не был вершиной всего. Потому что у всего не бывает вершины. А, значит, несмотря на всю пропасть между нами — он оставался подвержен тем принципам существования, что и все остальные существа, от амёбы до Гайи. У него были интересы и устремления. По крайней мере часть из которых он предпочёл сохранить в тайне.

Я был не в своём теле. Обнаружилось это быстро — стоило только посмотреть на ладони. Они были глубокого, эбеново-чёрного цвета. Совсем как у Таис.

И да, они были женскими.

Это было неожиданно. Но, в конце концов, меня предупредили, что моё сознание будет временно записано в тело другого человека. И я сам не поинтересовался, кем именно он является, этот человек. Так что моё неведение — это прямое следствие отсутствия моего любопытства в ряде вопросов.

Подумав так, я вдруг ощутил какой-то странный укол. Как будто мешанина разрозненных фактов и невероятных происшествий вот-вот готова была сложиться в осмысленную картину. Но — не сложилась. Тогда не сложилась.

— Здравствуйте. Вам нужна помощь? — прямо за спиной послышался детский голос.

Я рефлекторно обернулся; мальчишка, лет девяти, белобрысый, в светлых шортах, кроссовках и тонкой майке отпрянул и нахмурился.

— У вас… всё в порядке? — неуверенно протянул он, отступая.

— Да, — ответил я тонким женским голосом, — да, конечно. А что?

— Просто, — мальчишка пожал плечами, — вы тут уже полчаса стоите. И глаза у вас закрыты были, я проверял. И персональный гид выключен. А это — небезопасно. Вы знаете, что тут водятся волки?

— Волки? — переспросил я.

— Да, — мальчишка закивал, — нам в школе рассказывали.

— Постой, но что ты тут делаешь? Один?

— Я летел на игру в городки, в комплекс Лазутиной, — ответил мальчишка, — и увидел, как вы стоите внизу. Мне показалось это странным, обычно тут никто не садится. Тут гулять неудобно — троп нет, а рядом ручей и небольшое болотце.

— Летел? — переспросил я, глупо захлопав глазами.

— Ну не плыл же? — мальчишка вздохнул и пожал плечами, — вы бы активировали ваш гид, — добавил он, — а то ещё тревогу поднимут.