— Лонд, — медленно произнесла я, — а как много ты знаешь?

— Мистер и миссис Брэдшоу рассказывали мне очень многое, а Кол и Безотказэн часто звонили, чтобы держать меня в курсе.

— Продажные свиньи! — улыбнулась я. — Они все время подначивали меня проболтаться тебе!

— Мы все заботимся о тебе, Четверг.

Это было правдой от первого до последнего слова, но я не могла выкинуть из головы Четверг-1–4 и ее краткое пребывание в реальном мире.

— Как насчет… другого дела?

Лонд точно знал, о чем речь.

— Я понял, что это была написанная Четверг, только когда ты поднялась обратно наверх.

— Как?

— Потому что только тогда я заметил, что у нее не было на шее цепочки, которую я подарил тебе на день рождения.

— О.

Я потеребила медальон на шее. Мы молча постояли, обдумывая случившееся. Наконец я сказала:

— Но ведь она была ужасна в постели?

— Безнадежно.

И мы оба рассмеялись. Мы больше никогда об этом не упоминали.

— Слушай, — сказал Лондэн, — тебя кое-кто ждет в гостиной.

— Кто?

— Просто иди туда. Я заварю чай.

Я вошла в гостиную, где у камина спиной ко мне стоял высокий мужчина и разглядывал семейные фотографии в рамках на полке.

— Это мы на острове Скай, — сказала я негромко, — возле Старика из Сторра. Дженни на снимке нет, потому что она закапризничала и осталась в машине, а с краю торчит голова Пиквик.

— Я хорошо это помню, — сказал он, поворачиваясь ко мне.

Разумеется, это был Пятница. Не мой Пятница, а его старшая ипостась. Ему было около шестидесяти, и ему это шло. Волосы на висках начали седеть, а смешливые морщинки вокруг глаз напомнили мне Лондэна. Он был в бледно-голубой форме Хроностражи с вышитыми на плече пятью золотыми звездочками генерального директора. Не повседневная униформа — парадный мундир. Случай был особый.

— Привет, мам.

— Привет, Душистый Горошек. Значит, ты в итоге стал-таки генеральным директором!

Он пожал плечами и улыбнулся.

— И стал, и не стал. Я здесь, хотя этого не может быть. Это как все, что мы делали в прошлом, чтобы изменить настоящее: мы определенно были, но нас не могло быть. Во временном бизнесе усваиваешь одно: взаимно противоположные состояния могут комфортно сосуществовать.

— Как «Лихорадка субботнего вечера» может одновременно быть великолепным фильмом и полным дерьмом?

— Типа того. Когда доходит до путешествий по потоку времени, парадокс всегда удобный компаньон — привыкаешь с ним жить.

Он взглянул на часы.

— Ты ведь уничтожила рецепт?

— Я его съела.

— Хорошо. Я как раз зашел сказать тебе, что, когда до Конца Времен осталось всего двадцать три минуты, а уравнения возвратного омлета так и не нашли, Звездная палата пришла к выводу, что продолжение существования путешествий во времени ретроспективно неоправданно. В данный момент мы выключаем временные двигатели. Все оперативники демобилизуются. Использовавшиеся для запетлевания помещения опустошаются, и для заключенных подбирают места в обычных тюрьмах.

— В конце концов она оказалась права, — тихо сказала я.

— Кто?

— Аорнида. Я действительно выпустила ее из петли.

— Мы делаем все возможное, чтобы за всеми заключенными с «особыми требованиями» следили как следует, мам.

— Надеюсь. Как насчет других изобретений, воплощенных с использованием ретродефицитной инженерии?

— Они останутся.