Предложение было хорошим, и я согласилась.

  - Послушай, ты не можешь позвонить своему знакомому и спросить насчет кота? Чем его кормить, куда он ходит в туалет, да и вообще как его зовут?

   - Могу, - Виталий Петрович тут же достал новый телефон, не забыв бросить взгляд в прорезь моего халата.

  Я снова поднялась на кухню. Включила высокий серебристый чайник и начала открывать шкафы в поисках пакетиков овсяной каши. Я эти пакетики приметила еще вчера, но забыла, где они лежат.

  За спиной раздались шаги Виталия Петровича. Я обернулась. Глубокая продольная морщина прорезала лоб моего поклонника.

  - Анечка, а где ты вообще взяла этого кота? - поинтересовался он, почему-то оглядываясь назад, а затем заглядывая под кухонный стол.

  - Нигде не брала, - ответила я. - Он ведь в доме живет!

  Виталий Петрович тяжело сел на стул.

  - Понимаешь, в чем дело... Михаил сказал, что у него нет и не было кошек. Он вообще не понял, о чем речь.

  - Как не было? - удивилась я. - Но кот-то здесь живет! Он даже на улицу выходить отказался.

  - Может приблудный какой, - пожал плечами Виталий Петрович. - Заскочил через открытую дверь гаража, а потом пробрался в дом.

  - Может быть, - согласилась я, не в силах совладать с нехорошим ощущением. - Только он ничего не ест и не пьет.

  Мужчина задумчиво посмотрел на меня. Кто бы мог подумать, что простой кот способен так озаботить видавшего всякое Виталия Петровича?

  - Наверное, больной кот, - не очень уверенно сказал мой поклонник. - Он тебя не царапал? Не кусал?

  - Нет, - я пожала плечами.

  - Тогда я его выброшу на улицу. У него наверняка хозяева есть. Такой породистый зверь ведь дорого стоит! Пусть к ним идет.

  Животное мне понравилось, но Виталий Петрович был прав - от странного кота лучше избавиться. Если у него есть владельцы, то нужно просто им вернуть. А как он вернется, если сидит взаперти?

  Я видела, как мой поклонник спустился в зал, быстро обнаружил кота, развалившегося на диване, взял его на руки и, невзирая на небольшое сопротивление, выпустил животное за дверь.

  - Ну вот и все, - удовлетворенно сказал Виталий Петрович, стряхивая с рук невидимую шерсть. - Не такой уж кот и странный, просто приблуда. А то мне с этим твоим Первым Домом все время чертовщина мерещится. Ты поешь и мы поедем в гимнастический зал.

  Я не ответила, просто стояла на лестнице, опиралась на перила и внимательно смотрела на пол. Точнее, чуть выше пола. На идущего кота. Он важно прошествовал рядом с ногами Виталия Петровича, запрыгнул на диван и улегся серым калачиком на прежнем месте.

  - Он вернулся, - сказала я.

  - Кто вернулся? - мужчина смотрел в другую сторону.

  - Кот.

  - Ты что, Анечка? - Виталий Петрович удивленно посмотрел на меня. - Я его только что выпустил за дверь, а дверь закрыл.

  Вместо ответа я показала рукой на диван.

  Мой поклонник обернулся. По его лицу побежали желваки.

  - Этого не может быть. Я же только что выпустил его на улицу! - пробормотал Виталий Петрович.

  - Да, я видела, - с очевидным трудно не согласиться.

  Мои нехорошие предчувствия резко обострились. Я уже многое была готова принять на веру сразу и безговорочно - Первый Дом быстро избавляет от скептицизма. Почему-то на ум пришла книга, которую читала в детстве. Там описывался путешественник, вернувшийся домой, в Древний Египет, после долгих скитаний. Он рассказывал всем о дальних странах и о том, что далеко на Севере с неба иногда падают холодные белые хлопья. Ему никто не верил. Но потом он купил лед у купца-морехода и стал этот лед тереть так, что полетели хлопья.