— Увы… Миссис Уизли тоже пришла с маленьким, мы там, в толпе виделись, — вовремя заменила Эйприл нейтральным словом предательское «познакомились».

— У нее и еще поменьше есть, интересно, куда подевала? — фыркнул мистер Дуайт. — Ну да не дело сплетничать. Тс-с-с… Начинается!

Зал встал и снова сел. Призвали к тишине, правда, кое-где все равно хныкали дети. Драко затаился и молчал, прижавшись к Эйприл.

— Не бойся… — одними губами сказала она ему. — Ты очень нужен папе. Потерпи. Потом можешь плакать, сколько угодно, а пока терпи, ты сильный, я знаю… да?

Он молча кивнул, шмыгнул носом и как-то так сощурился, что девушке стало ясно: ни слезинки из него не выжмешь, даже если он будет умирать от страха.

— Прошу внимания! — раздалось на весь зал. — Слушание дела «Люциус Малфой против Альбуса Дамблдора» объявляется открытым!

Судя по поднявшемуся шуму, многие впервые слышали эту формулировку. Эйприл покосилась в сторону — сосед выглядел чересчур уж довольным.

— Вы знали заранее, сэр? — негромко спросила она.

— У старого Дуайта хорошие связи, — с удовольствием произнес он. — Тс-с-с… Я слышал, сегодня будет выступать Фенелли, а это лучший из молодых адвокатов, его стоит послушать…

— Фенелли?.. — не поверила девушка. Драко недоуменно взглянул на нее.

— Да, Кристиан Фенелли. Из итальяшек, но какая разница, если он юрист от бога?

«Ну и шутник же у тебя папочка, — подумала она, поудобнее усадив Драко. — Или не он, а его отец? Собаке лет пять-шесть, так что не угадаешь…»

Эйприл вытянула шею, приглядываясь. Ага, вот Люциус, внешне невозмутимый, пальцы переплетены на навершии трости, на лице читается невыносимое презрение… Он перехватил ее взгляд, едва заметно кивнул, давая знать, что заметил, и тут же отвернулся. Видно было, однако, что у него отлегло от сердца.

А это, видимо, Дамблдор, решила она, увидев седобородого старца в длинном лиловом балахоне и расшитом звездами остроконечном колпаке. При нем находилась строгая сухопарая дама. Старик поглаживал бороду и умиротворенно улыбался.

Кристиан Фенелли оказался рослым сухощавым мужчиной лет сорока пяти на вид, совершенно седым, с типично английскими лошадиными чертами лица и звучным, хорошо поставленным голосом. Ничего итальянского в нем при всем желании обнаружить не удавалось, хотя, подумала девушка, может быть, у него южный темперамент?

Насколько могла судить Эйприл, судебная процедура тут заметно отличалась от обычной британской. Увы, ей только однажды довелось побывать по ту сторону барьера, и она тогда мало что запомнила.

Впрочем, и тут она не так уж много понимала в юридической казуистике, опомнилась, только когда Фенелли начал подытоживать свою речь. К этому моменту Драко успел отсидеть ей колени — все-таки весил он уже не так мало. И переменить положение толком не получалось: мальчик очень удачно задремал, и будить его Эйприл не хотела.

— Итак, дамы и господа, налицо злоупотребление полномочиями. На указанный момент у малолетнего Драко Малфоя оба родителя были живы и дожидались суда, кроме того, у него имелась родная тетка по матери и более дальние родственники, которые, не сомневаюсь, не отказались бы принять мальчика! Тем не менее, ребенка совершенно разбойным образом забрали из клиники святого Мунго и…

— Где доказательства? — выкрикнул кто-то с галерки.

— Имейте терпение, мы дойдем до этого, — спокойно сказал Фенелли. — Итак, господа, вот перед вами воспоминания сотрудников клиники — из них мало что можно почерпнуть, но хотя бы удалось установить, когда именно ребенок поступил в клинику и когда бесследно пропал.