— Молли, — шепнул Драко, — принеси нам попить… лимонада, да, Эйп?

— Не очень сладкого и не холодного, — кивнула она. — Спасибо. Хорошо-то как…

— Угу… А про папу мы забыли…

— Твой папа сам в состоянии о себе позаботится, — улыбнулась Эйприл. — А теперь тихо, кажется, продолжают!

В самом деле, последний присяжный оторвался от чаши думосбора, задумчиво потирая лоб. Миссис Кастерс прокашлялась и обвела зал мрачным взглядом. Эйприл показалось, будто у нее отчетливо подергивается левое веко.

Фенелли подошел к Малфою и что-то зашептал тому на ухо. Люциус коротко кивал в ответ, а лица его Эйприл рассмотреть не могла.

— Господа? — судья обвела взглядом присяжных. — У кого-то будут вопросы?

— Я бы спросил, каким образом истцу удалось получить эти воспоминания… за исключением отданных добровольно, как у четы Дурслей, но не стану, — высказался тучный пожилой мужчина.

— Более нет желающих высказаться?.. — нахмурилась судья. — Что ж, переходим к опросу свидетелей. Мистер Фенелли?

— Да, ваша честь! — адвокат устремился на свое место. — Прошу пригласить мистера Рубеуса Хагрида, лесничего при школе Хогвартс. Но прежде того — ознакомиться с воспоминаниями пострадавшего ребенка.

— Протестую! — подскочил адвокат Дамблдора. — Мальчик находится в несознательном возрасте, поэтому…

— Однако память у него наличествует, — любезно ответил Фенелли. — Ваша честь, я взял на себя смелость пригласить легилимента из клиники святого Мунго: ребенок еще слишком мал, чтобы сознательно расстаться с воспоминаниями, поэтому придется действовать через посредника. Надеюсь, кандидатура целителя Чемберса не вызовет нареканий у уважаемого суда?

Присяжные пошептались.

— Суд не возражает, — вынесла вердикт миссис Кастерс. — Прошу пригласить целителя Чемберса!

Люциус повернулся к Эйприл, и девушка привстала, чтобы ему не пришлось сгибаться в три погибели.

— Мисс, постарайтесь объяснить Драко, что ничего страшного не произойдет. Целитель только посмотрит ему в глаза — и все. Может быть, станет немного неприятно, но и только. Сможете?

— Заранее нельзя было предупредить? — буркнула она.

— Я надеялся, что удастся обойтись без этого, но суд, похоже, колеблется…

— Ладно… — Эйприл села обратно на скамью и склонилась к Драко. — Слушай… Сейчас вон тот толстенький дядечка подойдет к нам и посмотрит тебе в глаза. Ничего не пугайся, даже если станет как-то не по себе. Это он так узнает, что с тобой было до нашего знакомства, ты-то рассказать толком не можешь… Ясно?

— До тебя было очень-очень плохо, Эйп, — сказал мальчик серьезно и добавил шепотом: — Если тебя прогонят, я уйду жить к тебе на ферму, вот!

— Да, из тебя выйдет неплохой работник, — согласилась она. — Лет так через пятнадцать… А теперь успокойся и просто не сопротивляйся.

Эйприл помнила, каково было ей самой, поэтому не на шутку переживала за Драко. Может, конечно, сам Люциус оказался не очень хорошим легилиментом, как назывались тут чтецы мыслей, а может, дело было в чем-то ином, но после сеанса Эйприл чувствовала себя жестоко изнасилованной в мозг. Слава богу, хватило всего двух заходов! Но как перенесет подобное ребенок?..

Видимо, квалификация у целителя была повыше, чем у Люциуса, потому что Драко даже не дернулся, когда толстячок установил зрительный контакт.